— Небеса свидетели! — тихо выдавила из себя Сиана, глядя как на некоторых ложах спадают барьеры. — Теперь Великая Сотня официально стартовала.
— Подковерная часть Великой Сотни со всеми интригами и подставами началась давно-давно, — с холодком фыркнула горгона и покосившись на меня, та нехотя заключила. — Сейчас же пришла пора лить вражескую кровь…
Край Соприкосновения.
Арена Соприкосновения.
Ложа небожителей.
Практически все храмовники из храма Соприкосновения, что находился перед массивными вратами в ложу, открывали двери находясь в каком-то сгорбленном положении. Впрочем, такое было и не мудрено.
Ворота отворились практически бесшумно и стоило двум хранителям переступить через искажающую магическую завесу, как они лицом к лицу столкнулись с Аресом, который встречал их с распростёртыми объятьями.
— Зеантар! Паллад! Рад вас видеть!
— Эта радость взаимна, — поприветствовал бога Войны Лазарев, а затем с учтивым видом кивнул богине Справедливости и богу Смерти Аххеского пантеона. — Темида, Танатос.
Как ни странно, но именно аххесы встречали хранителей. Остальные обереги находились на небольшом расстоянии от них.
— О, Темида! — льстиво заговорил Драгун, устремившись к женщине. — Знала бы ты, как я по тебе скучал.
— Ну хватит тебе, Убийца Богов, — с наигранным смущением отмахнулась та, но руку для поцелуя протянула. — Если вы не против, друзья мои, то позвольте снова представить вам наших братьев и сестёр. С ними вы уже познакомились ранее, но не так тесно, как с нами. К тому же много лет прошло.
— Почту за честь, Темида, — продолжал распаляться Паллад, переглянувшись с Лазаревым, — почту за честь…
Каждый из оберегов оказался на три, а то и четыре головы выше хранителей, но для приветствия равных по силе такое не было проблемой. Через минуту иномирцы полностью влились в беседу с божествами, но закулисные игры небожителей только набирали оборот.
— Прекращай юлить, Темида, — хмыкнула с обольстительной улыбкой Иштар, встречаясь взглядом с Хранителем Земли. — Вы и так слишком долго скрывали от нас столь дорогих гостей. Рада тебя видеть, Зеантар, — блеснула глазами небожительница Любви. — Не напомнишь сколько лет прошло с нашей последней встречи?
— Много, Иштар, много, — невозмутимо изрёк хранитель Земли, но затем его взор погас, и он устремил глаза чуть левее на абсолютно другую женщину. — Давно не виделись, Фрея. Не сочти за грубость, но не объяснишь нам с Палладом, что только что произошло на жеребьёвке?..
Край Соприкосновения.
Арена Соприкосновения.
Ложи средних уровней.
Хотелось того Пешей Молнии или нет, но он не находил себе места. За последние несколько месяцев он позабыл о любом спокойствии и сне. Такой настрой главы изгнанного с Севера семейства передавался окружающим, но вот почему-то именно сегодня окружающих рядом с ним оказалось чересчур много.
За прошедшее время Фейлан успел познакомиться практически со всей свитой возлюбленного его дочери и мужчине казалось, что среди них не было ни одного обычного разумного. Чего стоила хускарл, которая с некоторых пор заведовала целым кварталом развлечений. При первой встрече Пешая Молния и его семья не поверили глазам и чувствам, но аура Талиссы не могла лгать. Она действительно являлась выходцем из давно забытого клана вернейших слуг.
Однако помимо тёмной альвы тут имелись не менее интересные личности — Цуг, Рамас, Ганграт, Аркас, а также Натан. Тем не менее более всего его удивило присутствие Дианы Иллион и Эйсона Августа. Предательница Ксанта и один из вассалов Ксанта, который являлся личным учеником Огненной Кометы, сумели найти общий язык. Как ни в чем не бывало они общались между собой и неотрывно комментировали всё, что происходило на арене.
Впрочем, комментировали происходящее на арене не только они, а почти все присутствующие. Пока же Фейлан вслушивался в обсуждения его цепкий взгляд отслеживал множество важных вещей. На Великой Сотне всегда царила жестокость, но уже с первых боёв количество смертей и пролитой крови перевалило все мыслимые и немыслимые рамки. Складывалось впечатление, что претенденты будто с цепи сорвались.
Отчетливо это было видно среди номадов и иерихонцев. Они совершенно не щадили своих оппонентов, далее шли северяне и как ни странно аххесы. И независимые фракции являлись самыми миролюбивыми. В какой-то момент все разговоры в ложе оборвались, сердце Пешей Молнии учащенно забилось, а затем все те, кто находился внутри помещения в прямом смысле прилипли к оградительному барьеру и взглянули наверх.