— Прикуси язык, дрянь! — угрожающе зашипел Вендигал. — ИНАЧЕ Я ТЕБЕ ЕГО ОТРЕЖУ!
— Не смей, Вен! — выпалила панически Вивиан, дёрнувшись в сторону.
Однако, опередив Кристальную Ведьму, наперерез отмеченному тотчас выступил Изувер, а у него в руках в мгновение ока материализовался клинок деспота. Схватка норовила разразиться в любой момент, но когда первый воин Ареса уже намеревался использовать своё оружие, над всей ареной внезапно раздался крик вестников.
— ПОБЕДИТЕЛЬ СЕРИНИТИ ИЗ КОВЕНА ИЗУМРУДНОЙ ТЕНИ…
Взоры окружающих со скоростью молнии переместились с перепалки отмеченных на ристалище, но шока в глазах присутствующих стало на порядок больше, когда над ареной вновь разнеслась череда воплей.
— ПОБЕДИТЕЛЬ РАНКАР ХАЗЗАК ИЗ ПОБОЧНОЙ ВЕТВИ ВЕЛИКОГО ДОМА КСАНТ…
— У тебя полчаса, Изувер! — угрюмо пробасил Вендигал, с явным недовольством глядя на арену. — Либо ты делаешь так, что он проигрывает, либо мальчишка до следующего утра не доживёт.
— Вонючий подонок! — презрительно сплюнула Несмертная, глядя в спину удаляющегося отмеченного.
— Прости, Имания, — печально изрекла Вивиан, неторопливо удаляясь вслед за Духом Бойни. — Но мальчишке лучше проиграть и тем самым остепениться. Так будет лучше для всех. Для вас. Для Аххеского пантеона в целом. И лично для него самого…
Край Соприкосновения.
Арена Соприкосновения.
Ложа средних уровней.
— ПОБЕДИТЕЛЬ РАНКАР ХАЗЗАК ИЗ ПОБОЧНОЙ ВЕТВИ ВЕЛИКОГО ДОМА КСАНТ…
Сердце Дианы бешено колотилось. Оно колотилось так сильно, что норовило выскочить из груди. Она не верила в то, что видела. Руки дриады страшно дрожали от волнения, и чтобы хоть как-то помочь целительнице, Талисса заключила её ладони в свои.
— Выдохни, детка, — с материнской нежностью проговорила тёмная альва. — Выдохни и ни о чем более не переживай.
— Я… свободна, Талисса. Свободна ото всех, — сипло прошептала девушка, глядя во все глаза на силуэт Ранкара, который красовался практически на всех проекциях. — Он… он справился… Он… победил… Победил Агдейна… Всё это благодаря ему…
— Конечно, деточка. Конечно, справился, — с лучезарной улыбкой, кивнула хускарл. — Иначе и быть и не могло. Он же обещал, а у господина нет привычки нарушать данные кому-то клятвы. Ты должна была понять, что он чувствовал вину за то, что случилось в прошлом. Сейчас он просто пытается уберечь тебя. Уберечь и помочь так, как может и умеет.
— Все отвернулись от меня… — голос Дианы задрожал. — Он… он… не должен был…
— Он поступил так, как считал нужным и правильным, — убаюкивающе пробормотала женщина, мягко прижимая к своей груди подругу. — Не переживай ни о чем, крошка. Отныне ты действительно полностью свободна.
Практически все, кто находился в ложе с трепетом наблюдали за беседой Дианы и Талиссы, но последующие слова целительницы удивили не только собравшихся, они удивили Фейлана и его семью.
— Лишь одно меня пугает, — тихо добавила девушка, глядя на слегка сгорбленный тёмный силуэт человека по прозвищу Пустой. — Ранкар… он… Он кажется каким-то… одиноким. Я знаю, что против него все ополчились, но… но всё равно он… страшно одинок.
На миг в помещении воцарилась могильная тишина и лишь сдавленный, а также малость печальный голос Пешей Молнии расставил всё по своим местам:
— Увы, девочка, но таков удел тех, кто идёт против правил и самой судьбы. Таков удел тех, кто привык защищать и бороться, ничего не получая взамен…
Край Соприкосновения.
Арена Соприкосновения.
Зона претендентов.
Шагая по призрачной тропе, я прекрасно понимал, что с каждой минутой всё становится только хуже и запутаннее. Мне плевать на эти сраные победы. Мне плевать на смерть Вестара и Агдейна. Убить их ничего не стоило. Однако мне не плевать на тех, с кем я связал свою судьбу. Не плевать на тех, над кем взял ответственность. Не плевать на свои клятвы и обязанности. Мне не плевать на Фьётру. Вот только жаль, что порой многое оборачивается против нас же.
Я узнал ауру того, кто ожидал в ложе. Не сказать, что я радовался его приходу, но кто ж меня спрашивал. Впрочем, я понимал зачем он тут. Хоть и не до конца…
Ингмар сидел в дальнем краю комнаты и с улыбкой наблюдал за каждым моим движением, а когда барьер за спиной основательно схлопнулся, тот медленно встал с кресла и захлопал в ладоши.