Мейсон повернулся к принцессе. Искреннее изумление на его лице, проступившее всего на миг, позабавило наследницу престола.
– Зачем тебе Навис?
Айя понимала, что от ее слов зависит исход всей затеи. Лукавить перед старшим братом Джонаса не было смысла – связь Нависа с хозяином все равно даст последнему ответы на все вопросы вне зависимости от ее желаний.
– Недалеко от твоего дома, в километре от суши и сотне метров вглубь Мертвого моря, есть тайник, в котором спрятан необходимый мне свиток. Как ты знаешь, через поверхность Мертвого моря не пробьется ни одна магия. Дышать под водой я не умею, зато умеет твой защитник. Так что, по рукам?
Мейсон верно уловил ее волнение. Принцесса торопилась заключить сделку, и ситуация, в которой он оказался, вмиг из безвыходной стала выигрышной.
«Если соперник пришел к тебе за помощью – нужно помочь ему, а затем обернуть это против него».
– Я одолжу тебе Нависа. – Драконий сын подождал, пока радость расцветет на лице дочери короля, и добавил, смакуя каждое слово:
– С одним условием.
Няня принцессы в таких случаях всегда употребляла пословицу, которая казалась Айе, огненному магу, отменной глупостью. «Не играй с огнем», – говорила она, и дочь короля смеялась во весь голос. Но сейчас наследница Орлов переиначила про себя крылатое выражение. И, услышь подобный вариант уз уст няни, она восприняла бы его как можно серьезнее.
«Не играй с Мейсоном».
Мало кто из магов любил гулять по побережью, и Антея хорошо понимала, почему. Невозможно было спокойно следовать вдоль берега Мертвого моря и не испытывать тревогу; вглядываться в спокойную водную гладь и чувствовать себя уверенно, зная, что граница тени Владык находится так близко. Если присмотреться, Антея могла разглядеть ее даже отсюда, с холма: место, где у горизонта темная морская вода становилась светлее. Граница никогда не стояла на одном месте – тень от Владыки перемещалась вслед за движением его хвоста. К ней боялись подплывать даже рыбаки на крепких суднах.
Эта часть побережья была пустынной вплоть до самого дома Драконов. Они одни не боялись жить на краю мира, отгораживаясь ото всех высокими стенами и находя прелесть в просторе, который не суждено покорить. Антея же, как и любой житель столицы предпочитала находиться как можно дальше от мертвой воды.
Слабый ветер пригонял морской воздух, и руки девочки зябли, хоть над головой ярко светило полуденное солнце. Кто бы сказал ей утром, что уже днем она окажется у береговой линии, – не поверила бы. Причем окажется не одна, а в компании с мужчиной, который спас ей жизнь несколько дней назад.
Охранник принцессы стоял рядом, не выказывая волнения. Будто до Мертвого моря, о котором в народе ходили сотни историй, одна страшнее и запутаннее другой, ему было ровно столько дела, сколько до лужи под ногами. Он молчал весь путь к берегу, всю долгую дорогу от родного дома Антеи и, похоже, не собирался первым начинать разговор. Но у девочки накопилось много вопросов, которые гудели в голове, и с каждым часом нетерпение все больше брало верх над страхом, требуя получить ответы.
Ранним утром Долор появился у порога дома Антеи настолько неожиданно, что она была готова на месте сознаться во всех грехах, содеянных и выдуманных. Но охранник, вопреки ее домыслам, пришел не с изобличением. В вычурном холле под настороженным взглядом отца Антеи он передал ей конверт с сургучной печатью.
– Приглашение на прогулку от Ее Высочества, – безучастно пояснил Долор главе дома, пока Антея дрожащими руками раскрывала запечатанное послание.
«Джонас обещал тебе, что свиток не принесет вреда дому Медведей. Ты можешь лично убедиться в том, что я придерживаюсь его слов. Мой страж проводит тебя» – писала принцесса, и Антея не верила собственным глазам.
– Нам стоит поторопиться, – прервал поток терзаний охранник, и девочка подняла на него изумленные глаза. Видно, он не рассматривал даже возможность отказа.
Так Антея и оказалась на пляже, щурясь от яркого солнца. Она следовала за своим молчаливым спутником, не сводя глаз с бескрайнего морского простора. Солнечные блики плясали на воде, серебряными лучами расплываясь по поверхности. Сегодня Мертвое море было спокойным и в то же время кипело жизнью: чайки то и дело пикировали к самой воде, выхватывая из нее мелких рыбок. Затем они с громким криком вновь воспаряли в небо, и их клич казался взволнованной Антее дурным знаком. Пребывая в странном забвении, девочка не скоро вспомнила, для чего пришла сюда – лишь приметив неподалеку лодку, она очнулась. Долор остановился у самого судна, и количество вопросов у Медведицы выросло.