Целую секунду, похожую на вечность, Айя решала, как ей быть, после чего все же расслабилась. Сделала робкий шаг назад, освобождаясь от его рук, и под пристальным взглядом стража тихо сказала:
– Я в порядке. Можешь мне помочь?
Слова так мягко прозвучали из ее уст, что Долор согласился, еще не услышав просьбу.
– Отвези вечером в поместье кузена Баркару. – И пока Тео связывал воедино просьбу и увиденное ранее, она с грустью добавила: – Проследи, чтобы ее новый дом был удобным.
# 11. Двуликая луна
Семь имен. Всего семь человек, среди которых должен, обязан был оказаться бессильный маг, иначе вся затея оказалась бы напрасной.
Имена крутились у принцессы в голове – Айя повторяла их раз за разом, пока свиток пожирало пламя. «Мерес. Альватра. Киран. Аоид. Перея. Сальтер. Эмерод».
Самой маленькой, Эмерод, недавно исполнилось десять, а самый старший, Киран, был всего на два года младше принцессы. Кузен счел их причины перейти на домашнее обучение достаточными. В двух случаях весомости придала значительная сумма золота – именно на них Айя и возлагала большие надежды.
Проблемы начались с самого начала. Альватра, дочь золотодобытчика, судя по сводкам дворцовой канцелярии, большую часть года жила с отцом у подножия Мелекских гор, далеко за пределами столицы. Драконья река брала свое начало у гор, ежегодно принося добытчикам золотой улов. Недаром на семейном ужине в прошлом месяце Аарон хвастался тем, что стал обладателем самого большого самородка – размером с шар Анте, а в весе кусок золота и вовсе превышал Глас Владык на килограмм.
«Теперь понятно, как кузен его получил», – подумала Айя, отбросив кандидатуру Альватры. Нет смысла искать девицу, променявшую скучные уроки на золотые прииски.
«Кто угодно променял бы», – решила она.
Со следующей девушкой в списке тоже не повезло. У Айи холодело внутри только от ее имени. Аоид. Мягкое, напевное, оно пугало не произношением, а историей, связанной с медвежьей дочерью. Айе не доводилось общаться с ней, но в жизни Медведицы принцесса успела невольно поучаствовать. Аоид была на юге столицы во время пожара, но, в отличие от старшей сестры Мод, пережила ту ночь. Однако напоминание о той трагедии осталось на лице ребенка в виде безобразного шрама, рассекающего кожу от уха через нос и до кончика губы. Рубец не смогли скрыть самые искусные лекари столицы. Не оставалось сомнений, что рана была получена от языка черного пламени.
Встречаться с девушкой принцессе не было необходимости – даже если медвежья дочь лишена силы, при ней все еще находился защитник, а значит, пользы от нее было не больше, чем от Джонаса.
Зато прекрасной кандидатурой принцесса сочла одногодку Аоид, Перею. Кто будет подозревать певицу в королевском театре, когда все, что она делает, не связано с магией? Подстроить встречу с девушкой казалось делом несложным, и Айя решила, что это хороший знак. Нужно было всего лишь посетить театр.
– Как, ты говоришь, называется представление? – едва разжимая губы, пробубнил Джонас, предложив руку подруге. Айя благодарно вцепилась в его ладонь, втягивая шею в меховой воротник. Сегодня плохая погода нагнала в театр много людей – они толпились у входа, норовя поскорее укрыться от пронизывающего до костей ветра.
– «Двуликая луна».
– Матушка обсуждала его вчера с госпожой Куницей. Там будут петь, да? – в голосе Джонаса прозвучал ужас. Он пропустил подругу вперед, ощущая на своей спине чужой взгляд. Долора Айя оставила в карете на пару с кучером ожидать своего возвращения. Всю дорогу до театра охранник молчал, лишь изредка бросая косые взгляды на принцессу. Джонас догадывался, что в его отсутствие что-то произошло, но не хотел выпытывать у Айи подробности. Если уж совсем честно, он бы с радостью поменялся сейчас местами с охранником принцессы, лишь бы не идти на представление.
– Да, мы будем наслаждаться пением. Я сказала – наслаждаться, – пригрозила Айя, заметив, как Джонас начал искать глазами пути отступления.
– Вот она – старость, – обреченно признал юноша, понурив голову. – Поседели волосы, ослабли глаза, и нет больше сил к сопротивлению, пока нечто в прабабкином платье открывает мне мир развлечений для стариков.
Айя, приподняв подол тяжелой юбки, со всей силой наступила другу на ногу. На лице принцессы проступил румянец, а глаза заблестели от злости: