Выбрать главу

     Но и в 1929 году погодные условия снова сделали планы Украины по нормализации зерновой ситуации проблематичными.      
     Интересно, что серьезные засухи в 1924-1925 году в Европейской России и 1928-1929 году на Украине привели в соответствующих областях к голоду, но об этом никто из российских и украинских историков почему-то не пишет. Хотя документальные подтверждения этих событий имеются. 
А далее наступил 1930 и последующие годы.   
Исследования показывают, что имеется еще одна, очень важная причина голодомора 1932-1934годов на Украине, о которой большинство исследователей, почему то умалчивают. Это искажение учетных и отчетных данных и приписки, предоставляемые "с низу - доверху" - от колхозов и аж до Кремля. Приписывались данные о количестве засеянной земли, об ожидаемой и полученной урожайности, о валовом сборе зерна и другие.
    Завышенные сведения ложились правительством в планы и задания хлебозаготовок, по ним доводились планы "до двору".
     Подтверждение этому находим в архивных материалах и анализе, проведенном иностранными и отечественными независимыми экспертами в ряде публикаций.
          Имеющаяся в нашем распоряжении информация о методах подготовки прогнозов на урожай, используемых до 1933 года, позволят предположить, что в качестве официальных данных применялись оценки, сделанные до сбора урожая, возможно, даже оценки урожайности на корню. Практика применения подобных методик закрепилась во времена военного коммунизма: еще в 1918 году комитеты бедноты, организованные в сельской местности, оценивали объем будущего урожая "на глазок" на полях еще до уборки, а на основе этих данных определялись объемы продовольственной разверстки. Данные об урожае 20-х годов основывались на докладах сельских корреспондентов, проверяемых частично "контрольной жатвой и молотьбой". 

В 30-е годы на смену этой системе пришла методика сбора данных от местных чиновников и отчетов колхозов и совхозов, дополненных полномочными представителями статистических управлений и проверенными "местными экспертными комиссиями с использованием данных масштабной выборки по жатве и обмолоту".  
    Эти выборки казались столь же подозрительными, что и более поздняя методика определения урожайности на корню. И в самом деле, по словам Аркадия Кагана, контроль точности оценки урожайности, проведенный местными чиновниками, осуществлялся с использованием "метровки" - метода, применяемого с 1933 года для определения урожайности на корню. В порядке эксперимента это осуществлялось с 1930 года, а с 1932 - проводилось регулярно. Каган не ссылается на какой-либо конкретный указ или постановление, но, судя по всему, постановление Колхозцентра в феврале 1932 года это подтверждает: правления колхозов получили предписания о проведении "контрольной молотьбы" зерна и контрольной уборки урожаев других культур для определения "выхода продукции" с гектара в соответствии с методом метровки.
Эта система подсчета урожайности на корню завышала данные реальных урожаев на 20 % и более. Тем не менее, статистика сельского хозяйства по 1930-1932 гг., как и по 20-м годам, также оспаривалась и пересматривалась в результате политического давления. Данные по урожаю 1932 года отличаются особой неточностью.
            План хлебозаготовок на 1932 год и объем реально собранного зерна также оказались меньше, чем в любом году того десятилетия. ЦК снизил план хлебозаготовок постановлением от 6 мая 1932 года, что позволило колхозам и крестьянам реализовывать зерно по свободным рыночным ценам.   Ради стимулирования роста объемов производства зерна этот декрет уменьшил план хлебозаготовок для колхозов и единоличников с 22,4 миллиона тонн (квота 1931 года) до 18,1 миллиона тонн. В качестве частичной компенсации государство увеличило план для совхозов с 1,7 миллиона тонн до 2,5 миллиона тонн, и общий план хлебозаготовок составил 20,6 миллиона тонн. Поскольку предварительный план, составленный наркоматом торговли в декабре 1931 года, устанавливал план хлебозаготовок в объеме 29,5 миллиона тонн, то постановление от 6 мая реально понизило план на 30 %. Последующими постановлениями также были снижены планы по заготовкам другой сельхозпродукции.