Лорд замялся, но ответил.
- Нет.
- Понятно, - кивнула я, стараясь не смотреть ему в глаза.
Где ночевал его брат, мне спрашивать не хотелось. Да и вряд ли виконт знает об этом. И даже, если знает, ответит ли? Сомневаюсь. Быстро же прошло увлечение герцога. Нет, все правильно. Зачем добиваться недоступной женщины, когда вокруг полно менее требовательных дам, с удовольствием желающих скрасить одиночество его светлости? Все равно это закончилось бы. Так старалась я себя успокоить, не обращая внимания на ноющую боль в груди от измены любимого. Как говорится, все что ни делается, все к лучшему. Да, наверное. Каково это – беззаветно любить мужчину, и знать, что он никогда не ответит тебе
взаимностью. Гадать, в чьей постели он проведет сегодняшнюю ночь? Быть нелюбимой женой, ревновать…Дэмиэн отъявленный бабник и разжечь страсть в неискушенной девушке для него раз плюнуть. А я, дура, повелась, как наивная девица. Какая ирония судьбы! Найти желанного мужчину, чтобы потерять.
- Хорошо. Результаты должны быть к вечеру.
- Есть еще кое - что.
Я вопросительно посмотрела на мужчину.
- Около тела лежал какой-то странный предмет. Может быть, из вашей эпохи.
- И где он?
- Я сразу же отдал его «герцогу».
- Отлично. Думаю, вечером хоть что-то станет ясно.
- Прошу меня простить, виконт Клиффорд, у меня есть неотложные дела, которые желательно уладить до вечера.
Присев в реверансе, я уже собралась уйти, как меня окликнул Себастьян.
- Вы так и не назвали мне своего имени.
Я тепло посмотрела на милорда.
- Елена. Меня зовут Елена.
- Тогда прощаюсь с Вами до вечера, - Клиф поклонился и прошептал, глядя мне в глаза, - Элен.
Москва, XXI век. Секретная организация «Лабиринт». Послеобеденное время.
Дневник Елены Соколовой.
Я решительным шагом шла в кабинет Александра Васильевича. Переместившись в медицинский кабинет, мне пришлось терпеливо ждать, пока медицинский персонал проведет обследование моего организма. В приемной сейчас никого не было. На нижних ярусах базы сейчас шли занятия, секретарь же, скорее всего, отлучился на обед. Мебель из темного дерева прекрасно гармонировала с общей тонировкой помещения. Стены были оформлены в желто-кремовых тонах. У дальней стены стоял овальной формы стол для переговоров, вокруг которого стояли десять посадочных мест. Напротив стола, у другой стены находился стеклянный шкаф со специальной литературой и толстые папки с бумагами. Рабочий стол секретаря стоял рядом с дверью в кабинет администратора. На подоконниках, в горшках, наблюдалась некоторая растительность. На рабочем месте секретаря было только смое необходимое: компьютер, ежедневник, телефон и самоклеящаяся бумага. У входа в приемной на небольшом столе лежала кипа разноцветной макулатуры разной направленности.
Постучав в дверь, я дернула ее на себя. За столом сидел Ларин. Одет мужчина был черный пиджак. Белую рубашку и красный галстук.
- Александр Васильевич, разрешите?
Руководитель удивленно поднял на меня свои серые глаза.
- Лена? Что-то случилось?
- Да как Вам сказать, - замялась я.
- Присаживайся, - он указал рукой в направлении посадочного места напротив себя, - и рассказывай. Есть новости?
- Есть. Плохие и очень плохие. С каких начать? – хмыкнула я, внимательно следя за реакцией шефа.
Он побледнел.
- Герцог…
- С Торнтоном все в порядке, - успокоила я его.
Прямо на глазах, к Ларину стали возвращаться краски.
- Но позавчера случилось ЧП. Мы спасли от разбойников виконта Клиффорда и он теперь знает об организации.
« И о Вас», - добавила я уже про себя.
- Что?! – изменился в лице начальник.
- Так получилось, - смущенно потупилась я.
Но бывшего герцога, похоже, волновало совсем не это.
- Что с ним? – стараясь выглядеть безразличным, хрипло спросил начальник.
Угу. Безразличным. Как же – как же.
- Ничего страшного, - разваливаясь в кресле, начала я рассказ. – Угрозы для жизни уже нет.
- Угрозы?! – снова посерел начальник.
Надо же, какие мы впечатлительные.
- У виконта было проникающее ранение в сердце. Но, порез прошел по касательной. В настоящий момент он нуждается только в ежедневных перевязках, не более.
- Как вообще Себастьян оказался в такой ситуации? – возмущению шефа не было предела.
Холодный взгляд серых глаз заставлял говорить правду и ничего кроме правды.
- Извините, Александр Васильевич, я не думаю, что вправе разглашать эту информацию.
Начальник усмехнулся.
- Какая вторая новость?