- В сумке завалялся, - отозвалась «герцогиня». – Купила в подарок племяннице, да и позабыла про него. Сегодня смотрю – лежит.
- Ладно, пошли.
- Ты куда-то спешишь? – проницательно глядя мне в глаза, поинтересовалась девушка. – Может, пройдемся?
Я отрицательно помотала головой.
- Мне нужно домой. Мама Сабины в последнее время себя неважно чувствует, а маркиз Дэрби практически не появляется дома. Дочь его интересует гораздо меньше, чем скачки, - в сердцах выплюнула моя милость.
- Все настолько плохо?
- За все время, что я провела с ним под одной крышей, мы едва перекинулись парой слов. А после недавнего инцидента на балу, мы с ним не сказали друг другу не слова.
- Хочешь все исправить?
- Хочу, - вздохнула моя милость. – Боюсь, как бы я окончательно не испортила отношения между ним и Саби.
- А с маркизой Дэрби, ты в каких отношениях?
- В отличных. - Улыбнулась я. – Она замечательная.
Мы помолчали.
- Алена, - Виноградова преградила мне путь к выходу с кладбища. – Ты уверена, что нам не стоит вмешаться? Если она родит этого ребенка…
- В том-то и проблема, - саркастически усмехнулась моя милость. – Что без нашей помощи она не родит его, да и сама отправится на тот свет.
- Чувствую, чего-то ты недоговариваешь, - проговорила коллега. – Давай выкладывай!
Взяв сослуживицу за руку, я потянула ее в сторону одной из могил, уводя с дороги.
- На днях у нее начались потягивания внизу живота, - начала рассказ я.
- Спазмы? – блеснула знаниями Ирка. – На таком сроке? Разве это нормально?
- Не могу ответить тебе однозначно: у одних – это возможный признак начинающегося выкидыша, у других – просто растяжение и увеличение матки в первом триместре.
- И ничего конкретного?
- Нет, - разочаровала моя милость напарницу. – Я же не осматривала ее. Но меня на всякий случаю я пою ее спазмолитиком.
- А можно сказать то же самое, но более понятным языком?
- Этот препарат назначается в первом триместре для расслабления мышц матки при угрозе выкидыша.
- Ты…- Виноградова обескуражено смотрела на меня. – Ты хочешь сказать, что пытаешься сохранить ее беременность?
- Да.
- Ты понимаешь, какие астрономические последствия может это иметь?! – Взорвалась Ирина.
- Понимаю, - опустила моя милость голову.
Мы помолчали.
- Хорошо, - произнесла она, наконец.
Я озадаченно посмотрела на сокурсницу.
- И ты не будешь промывать мне мозги по этому поводу?
- Нет.
- Почему?
- Спрашивать-то будут с тебя, - ухмыльнулась сослуживица.
Сделав глубокий вдох, я решительно постучала в дверь кабинета.
- Да, - раздался суровый голос маркиза.
- Можно? – приоткрыв массивную дверь, просунула внутрь помещения голову моя милость.
- Саби? – удивился «папенька».
Наверное, дочь радовала отца вниманием не часто. Вон сколько смятения во взгляде. Хотя, отчасти он сам виноват. Уж не знаю, что там у них произошло, но ставить преграды не выход.
- Вы видите кого-то еще? – искренне улыбнулась я мужчине.
- Что-то случилось?
- А чтобы зайти к Вам, обязательно должно что-то случиться?
«Папенька» смутился. Я же с интересом начала рассматривать рабочее место маркиза. Раньше в этом святыя святых мне бывать не приходилось. На полу лежал светло-бежевый ковер. Напротив меня стоял длинный и широкий стол, на передней части которого ровно посередине с обеих сторон были изображены лозы винограда. Также стол с четырех сторон был разукрашен затейливым рисунком. Вдоль одной из стен кабинета по периметру стоял огромный шкаф, полностью заполненный книгами и документами. Сервант был абсолютно идентичен столу: та же затейливая роспись по периметру и лозы винограда внизу на передней части мебели. На столе лежала знакомая газета с вечерними новостями. На противоположной от секретера стене висели четыре цветных гравюр, на которых были изображены сцены охоты: на первой – охотники на лошадях и собаки, бегущие за добычей; на второй изображено окончание охоты, все участники этого мероприятия находятся около псарни и один из них собирается дать собакам добычу; на третьей картине - самое начало охоты, когда все охотники собираются у определенного места; на четвертой – охотники верхом на лошадях и собаки, бегущие за добычей. Оправлены они были в рамы из темных порд деревьев. В нескольких шагах от стола стоял декоративный столик, на котором были разложены шахматы. Рядом с ним два стула, также сделанные из темных пород деревьев. Вся «сидячая» мебель в комнате были с изогнутыми ножками, имела закругления на концах и была обита в темно-синих тонах.