- Это такой прибор, который…- краем уха я слушала, как Ирка объясняет местному аборигену принцип работы пешеходного отражателя, одновременно пытаясь закатать рукава наших мантий.
Называть подобное одеяние плащом язык не поворачивался. Мы были одеты в черные до пят балахоны с капюшонами и расширяющими книзу рукавами.
- Ну что, начинаем? – взмахом руки делая свою речь более выразительной и одновременно привлекая внимание к своей особе, поинтересовался приятель.
- Хотелось бы, - буркнула моя милость, все еще мелко дрожа. – Надеюсь, управимся до утра.
- Думаешь, управимся? – хмыкнул друг.
Я пожала плечами.
- Надеюсь, мы не привлекли ненужного внимания извозчика, - встревожено произнесла Ира.
- Сомневаюсь, что он будет болтать, - невозмутимо произнес лорд.
- Почему?
Моя милость с любопытством посмотрела на виконта.
- Я щедро ему заплатил и пообещал добавить столько же по нашему возращению. Сомневаюсь, что кучер выдаст нас.
- Давайте разделим обязанности, - тоном начальника произнес Коршунов. – Ваша милость, залезайте на могилу, мы с леди Ириной сейчас к Вам присоединимся.
- Что?! В голосе аристократа прозвучал священный ужас.
Я же начала медленно заводиться. Мало того, что этот хмырь, который называл себя моим другом, начал отдавать приказы, так Себастьян с Виноградовой собирались его послушаться! Нет, дорогие так дело не пойдет.
- А мне ты, что прикажешь делать? – едва сдерживая клокотавшую внутри ярость, поинтересовалась моя милость.
- Леночка, а ты постой рядышком с могилкой, посвети нам…
- А с какой такой стати дорогой друг ты раздаешь тут указания? – прошипела я.
- Соколова, ты чего? – опешил Макс.
- Ничего! Напомни-ка мне, кого Александр Васильевич назначил командиром: тебя или меня?
- Тебя, но…
- Тогда хватит командовать! Ишь ты, умный какой! – продолжала возмущаться я. – Значит так: копать буду я, Себастьян и ты, друг мой любезный. Ирка же будет стоять на стреме и светить нам.
- Подумать только, какие мы обидчивые! – проворчал Коршунов. – Если так хочется работать лопатой – копай. Как будто кто-то не дает!
Больше со мной никто не разговаривал. Анастезиолог пошел к джентльмену, получать орудие труда.
- Я не понял, в чем дело? – прошептал рядом голос лорда.
Пока удивленному Себу, девушка втирала, в чем собственно «соль», ко мне направился хмурый Максим.
- Держи, - протяну парень мне лопату, пристраиваясь рядом.
Кивнув, я принялась за работу. В нескольких шагах пыхтели Коршунов и Клиффорд. Некоторое время мы копали молча.
Нужно бы потом извиниться за грубость. Хотя он отчасти и виноват в случившемся, но не заслужил
- Ребят, - к нам наклонилась сослуживица, - Вам там еще долго?
- Что-то случилось? – осведомился коллега, вытирая мокрый лоб.
- Сюда кто-то идет, - едва различила я ее шепот.
- Ты уверена? – распрямила я спину и увидела тени на дороге.
- Что делать будем?
На меня вопросительно смотрели. Как говорится, назвался груздем, полезай в кузов.
- Надо сворачиваться, - бросил сокурсник, напряженно всматриваясь в ночь.
- Нет. Мы закончим операцию. И потуши уже свой фонарик, Виноградова!
- Идите сюда, - напряженно заметил его милость.
Я, прихватив по пути растерявшуюся девушку, потащила ее за собой. Мы сидели на корточках, кое-как побросав лопаты, и прижавшись, плечами друг к другу.
- Может, нам показалось?
- А хотите, расскажу страшную историю?
Я с трудом воздержалась от комментария.
- Возвращается, значит, девушка с работы. И пролегал ее путь через кладбище, - зловещим голосом начал повествование коллега. – Обычно ее с работы забирал приятель. А в этот раз парень не смог ее встретить. Вот идет она по дороге и дрожит. Вдруг догоняет ее молодой человек и говорит: «Девушка, давайте я Вас провожу». Она, значит, поблагодарила мужчину и добавила: «Не знаю, что бы я без Вас делала. Боюсь я мертвецов».
Совсем рядом с нами раздался хруст ветки. Моя милость, затаив дыхание, смотрела на приближающийся мерцающий огонек. Полной неожиданностью для меня стала чья-то рука, удобно расположившаяся на моем плече. И я знаю чья!
- Руку убрал. - Шикнула моя милость, разворачиваясь к нахалу.
- В смысле? – на меня смотрели недоуменные зелено-синие глаза.
Тело вновь покрылось гусиной кожей.
- Лен, что…
- А чего нас бояться? - весело прошептал над ухом этот «кто-то».
- Ешкин кот! – Резко вскочив, выругалась я. – Совсем спятил?!
Не удержавшись, моя милость стукнула Лашина кулаком по плечу, едва сдерживая желание придушить парня. Остальные тоже начали подниматься.