- Настраиваете?
- Если ничего не делать, то по завершении задания вы окажетесь в реальности относительно вашей миссии. Понятно?
«Понятно, что ничего не понятно», - подумала моя милость.
- Ну, вот и все.
Еще какое-то непродолжительное время сотрудник возился с «настройками» системы. Выставив необходимую дату и время, помощник повернулся к нам.
- Все. Залезайте.
- А это точно не опасно? – Настороженно поинтересовалась я.
Василий закатил глаза.
- Соколова, до Вас здесь побывали более пятидесяти человек. И все благополучно вернулись обратно. Живо на борт!
Я поплелась к кабине. Макс, проходя мимо секретаря, спросил:
- Куда нам девать кучера?
- Оставите где-нибудь на ночевку.
Тут он улыбнулся:
- Удачи! И скорее возвращайтесь.
- Постараемся. – Улыбнулась я в ответ.
После чего прозрачные двери «душевой» закрылись, а спустя всего лишь мгновение моя милость почувствовала знакомые завихрения, окутывающие тело.
Открыв глаза, я поняла, что стою примерно на том же месте, что и в прошлый раз. В нескольких шагах от меня находился Максим. Вдалеке виднелся особняк, в котором располагалась база. На линии горизонта, медленно склоняясь к закату, плыло дневное светило, сопровождаясь яркими красными и оранжевыми оттенками.
- До меня только что дошло… - повернулся ко мне собрат по несчастью.
- Да?
- Нам все же придется лезть на базу.
- С дуба рухнул! Хочешь столкнуться с кем-нибудь из нас?
- С тобой-то я при любом раскладе вряд ли столкнусь, - хмыкнул Коршунов. – Если только с Виноградовой, Лашиным, Сабиной или собой.
- Они не уехали еще?
- Нет.
- Что ты задумал, Коршунов? – пришурила глаза моя милость.
- Нам нужна карета.
- А…
- Вряд ли мы сможем поймать в этой глуши кеб.
- А…
- Нам нужно добраться до кареты.
- В особняк?! Ты хоть понимаешь, что…
- Если не найдем средство передвижения, то однозначно провалимся. До Лондона ехать час на карете. А на своих двоих…
- Я тебя поняла. Мы возьмем вторую карету?
- Солнышко, - мягко улыбнулся мне коллега. – Второй кареты нет. Мы поедем с нашими ребятами.
- Они не должны нас видеть, - заметила моя милость.
- Они и не увидят. Мы сядем сзади.
- Сзади? – Непонимающе протянула я.
Напарник тяжело вздохнул.
- Женщины! Хоть бы поинтересовалась ради приличия этим четырехколесным средством передвижения. К твоему сведению, позади нашего экипажа приделано что-то вроде небольшой скамеечки. Обычно она используется для перевозки вещей, но ради такого дела…
Я смотрела на парня почти, что с восторгом.
- Тогда чего же мы ждем? Пошли!
После получаса потрепанных нервов, пока мы пробирались к базе и стресса от возможности случайной встречи, нам все же удалось пробраться на территорию. Обойдя ее по периметру, стали пробираться к дому. Чтобы не попасться на глаза никому из домочадцев, пришлось даже обойти здание. Карета, в которую были впряжены пара лошадей, уже стояла у входа в особняк. На месте кучера восседал двойник Максима.
- Я не понимаю, - обернувшись к напарнику, зашептала моя милость. – Ты же должен остаться на базе?
- Я и останусь. Сейчас отвезу ребят в Лондон и вернусь. А кучера они «снимут» уже на месте.
Как раз в это время из дома начали выходить разодетые в пух и прах сокурсники. Мы едва успели спрятаться позади кареты, прильнув к ней почти вплотную. Из-за возникшего напряжения моя милость забыла, как дышать.
- Ты уверен? – послышался голос Ирины.
- Да.
- Ты видел, как она смотрела на нас? Может, мне остаться? Мне нет необходимости присутствовать на этом балу.
«Речь идет о маркизе», - сообразила моя милость. Шаги смолкли. Аккуратно выглянув из-за укрытия, прежде чем Макс успел остановить меня, я обнаружила, что напарники стоят друг напротив друга. Взгляд голубых и карих глаз схлестнулся в безмолвной дуэли.
- Не нужно.
- Бесчувственный чурбан! Ты хоть представляешь, каково ей сейчас? Даю голову на отсечение, что она отдала бы все, чтобы быть на моем месте.
- Ир, эта наша работа. И мы будем ее выполнять. Если нам скажут исполнять роль влюбленных, мы сделаем это. И никакие чувства не должны вставать у нас на пути.
Мысленно я была согласна с Лашиным, но Сабину было жаль.
- Поехали уже, - вздохнула Виноградова.
Дождавшись, когда Леша галантно помог даме залезть в экипаж и последовал за ней, я с облегченным вздохом плюхнулась на «скамью». Рядом приземлился Коршунов. Если коллеги и вели разговор, нам слышно ничего не было. Устав от напряжения и волнений, моя милость положила голову на плечо Коршунову. Под методичный стук колес я сама не заметила, как меня сморил сон.