Крутился на месте, чтобы больше не подставиться под удар. Один из нападавших замахнулся справа, я успел заметить движение краем глаза. Толкнул одного в спину. Сместил центр тяжести, и двое идиотов врезались друг в друга с глухим звуком.
Один мордой улетел в пол. Голова встретилась с бетоном — тяжёлый, влажный хлопок. Гвоздь выпал из его руки, звякнув о пол. Запах крови смешался с пылью.
Схватил дубину, которой замахивались на меня, и резко дёрнул на себя. У кого-то что-то хрустнуло. Пацан замычал от боли, выпустив оружие и схватившись за руку.
Продолжал смотреть и искать лидера этой свары. Они всегда есть: тот, кто стоит сзади и командует. Вот он — блондин с зелёными глазами. Держался поодаль, у дальней стены, и только выкрикивал команды:
— Слева! Берите слева!
— Ноги! Бейте по ногам!
Типичная крыса, посылающая других на убой.
Шагнул к нему, расталкивая нападавших. Двое передо мной, увлечённые атакой, не заметили друг друга. Невнимательные и неаккуратные. Я лишь положил руки на их затылки в нужный момент и добавил скорости к встрече. Столкнул их лбами. Удар получился звонкий, с хрустом. Кто-то из них взвыл. Они упали.
Я оказался рядом с блондином. Он попытался меня ударить. В руке нападавшего блеснуло лезвие. Даже ножом решились?
Перехватил руку с ножом и чуть выкрутил запястье. Пацан тут же встал на цыпочки, когда я слегка надавил на болевую точку. Его лицо побелело, рот открылся в беззвучном крике. Нож выпал на пол с металлическим звоном.
— Стоять! — истерично крикнул блондин своим подельникам, — Ти-ти-ти-ше… — уже мне, поднимая свободную руку в примирительном жесте.
Остальные замерли, тяжело дыша. Держал лидера за руку, контролируя ситуацию.
— Кто? — коротко спросил я, глядя блондину в глаза.
— Олег, — ответил он высоким и дрожащим голосом.
— Мне плевать, как тебя зовут, — хмыкнул, усиливая давление, — Кто приказал?
— Что? — удивился пацан, морщась от боли, — Приказал? Никто! Ай! Больно, сука! Сломаешь! Как я буду?
— Отвечай, — тихо произнёс, добавляя ещё немного силы.
— Да никто! Мы сами… — он стоял на носках и придерживал одной рукой другую, — Узнали, что десятку расформировали. Вас, ублюдков, раскидали по неполным группам. Вот и решили вас проучить.
— Чего? — поднял бровь, не ослабляя хватку.
— Все знают, что вы любимцы Матросова, особенно ты, дылда-переросток! — выплюнул он сквозь стиснутые зубы, — Ещё и с Мамонтовой обжимался, небось пялишь её по ночам! Ай!
Скрутил чуть сильнее. Что-то хрустнуло в его запястье. Не сломал, но предупредил.
— Сыкло, вот кто вы! — пищал Олег, слова лились потоком, — Самые лёгкие аномалии вам давали. У вас всего один откинулся. Один! А у нас пять человек: два в первый раз и три сегодня. Полгруппы. А вы, твари, живые.
Чем больше слушал, тем сильнее расстраивался. Я-то думал, что это Патрушев или Чешуя решили мне что-то сделать, подослали людей. Оказывается, нет. Обычная бытовуха.
— Вы… любимчики, — продолжил чистосердечную исповедь блондин, слова давались ему всё легче, видимо, решил, что откровенность спасёт, — Вся база гудит! Вас, десятую группу, Мамонтова лично опекает. Вас на лёгкую прогулку отправили, а наши отряды полегли! Мы там дохли, как мухи, а ты вернулся с головой гиганта, как герой… Думаешь, тебе всё можно?
Покачал головой и выдохнул. Зависть. Обычная человеческая зависть. Обозлённые муравьи, ищущие виноватого в своих бедах. Как предсказуемо. Как жалко.
Но то, что моё имя уже так прочно связывают с Матросовым и Мамонтовой — это нежелательное осложнение. Слухи распространяются быстро. Лишнее внимание мне не нужно.
— Где мои люди? — спросил я, отпуская его запястье, но оставаясь рядом.
— Их ещё не привели, — ответил Олег, потирая повреждённую руку и с опаской глядя на меня.
— Только вы решили поиграть в учителей или другие группы тоже?
— Все! — оскалился блондин с какой-то болезненной гордостью, — Все группы договорились. Вас нужно было поставить на место.
Значит, на Колю, Васю и Зяблика тоже нападут. Стоп. Почему я об этом вообще думаю? Мне же должно быть плевать. Тряхнул головой, прогоняя непрошенные мысли.
— Вы хотели показать мне моё место? — медленно произнёс я, обводя взглядом всех присутствующих, — Хорошо, я покажу вам ваше.
Пауза.
— Оно — подо мной, — дёрнул уголком губ, — И лучше не мешать мне. У вас есть несколько выходов: слушаться меня и сдохнуть или просто сдохнуть.
Посмотрел на руку. Кровь продолжала течь, пропитывая рукав, тёплая и липкая. Нужно решить несколько задач, ради которых я и позволил себя поранить. Толкнул Олега. Пацан упал на задницу и начал пятиться назад, не отрывая от меня испуганного взгляда.