Автомат старый, но рабочий. Смазка свежая, механизм ходит плавно.
— Умеешь пользоваться? — поднял брови Борис, наблюдая за моими действиями.
— Откуда же ты вылез, Большов? — хмыкнула Василиса, прищурившись. — Убийцей был? Или в банде какой прислуживал?
— Книжки читал, — ответил я и проверил предохранитель.
Убрал автомат, положив его рядом. Володя, молодец ты какой. Когда лишился магии, начал изучать всё остальное.
Остальной путь мы продолжили молча. Машина ехала по разбитой дороге, подпрыгивая на ухабах. Я прикидывал, как нам действовать в аномалии. Если в себе я более или менее уверен, а вот в Николае…
Парень может быть не готов к новым условиям. И судя по тому, что сказали Борис и Василиса, там далеко не парочка гигантов. По слухам, минимум десять, а может и пятьдесят. Все строения не проверяли.
— Слушай, — повернулся я к Рязанову, понизив голос, — когда окажемся внутри, я посмотрю окружение и скажу тебе, как действовать. Выполняй всё в точности. Понял?
— Да, — закивал пацан. — Понял.
Через час мы остановились. Двигатель заглохл с характерным чиханием. Вылезли из машины, и я огляделся, разминая затёкшие ноги.
Действительно какое-то поселение. Деревянные, кирпичные дома, стоящие вдоль того, что когда-то было улицей. Половина строений разрушена — крыши провалились, стены покосились или вовсе рухнули. Большой купол закрывал всё это, мерцая слабым свечением на фоне ночного неба.
Аномалия в несколько раз больше, чем встречалось до этого. Купол возвышался метров на пятьдесят, а в диаметре поселение тянулось, наверное, на полкилометра. Может больше. Новые аномалии все такие? Или это просто особенная?
Посмотрел вперёд — гигантов не видно. Пока. Матросов с остальными разгружали оружие, артефакт для изъятия ядра. Кирилл тащил тяжёлые мотки металлической сетки, Василиса проверяла гранаты.
Коля стоял как вкопанный, глядя на купол. Его лицо было бледным, руки сжаты в кулаки. Парень даже не моргал. Подошёл к нему.
— Дыши, — снова напомнил ему, похлопав по плечу. — Ничего нового, есть шанс, что гигант ближе, чем обычно. Меньше бежать, главное следить за обстановкой и не попасться другому.
Коля вздрогнул, будто очнувшись.
— Я понял, — как-то машинально ответил он, но взгляд его оставался отсутствующим.
Парень на грани. Если он так будет продолжать, то долго не протянет.
— Коля, — понизил голос, — смотри на меня.
Рязанов медленно перевёл взгляд.
— Ты справишься. Делай, как я сказал, и всё будет нормально. Понял?
Он кивнул, на этот раз более осознанно.
— Да.
Когда все были готовы, мы направились к аномалии. Борис шёл впереди, Василиса рядом, Кирилл замыкал. Мы с Колей двигались в центре группы.
Перешли сетку. Вошли внутрь. Никаких звуков. Ни ветра, ни птиц, ни даже шороха листвы. Мёртвое место в буквальном смысле. Воздух стал плотнее, тяжелее. Пахло гнилью, сырой землёй и чем-то кислым. Запах разложения и забытой смерти.
Прошли метров тридцать вглубь. Нашли место с двумя ловушками — ямами, вырытыми заранее и замаскированными ветками.
— Ты будешь с Кириллом, — сказал мне Борис, кивая на мага с водной стихией.
Огляделся. Ближайшее здание в двадцати метрах — какой-то сарай с провалившейся крышей. Рядом ещё с десяток строений: жилые дома, гаражи, покосившиеся заборы.
— Если попрут много… — поморщился Матросов, затягиваясь сигаретой, — отходим за сетку и думаем, что делать.
Все кивнули. План простой: не геройствовать, если ситуация выйдет из-под контроля.
Мы с Колей пошли. Я анализировал дорогу. Везде валялись куски дерева, камня и кирпича, и это помимо естественных куч мусора. Брошенные машины, проржавевшие велосипеды, обломки мебели. Всё, что осталось от жизни этого посёлка.
Рельеф не самый хороший. Много препятствий, за которыми могут прятаться гиганты. Нам посоветовали каждому разделиться и разойтись в стороны, чтобы не мешать друг другу и не сдохнуть вместе, если что-то пойдёт не так.
Мы шли молча, пока не оказались в паре десятков метров от ловушек.
— Если я умру, — начал Рязанов тихо, не поднимая взгляда.
— Заткнись, — оборвал его.
Не нужны мне его предсмертные речи.
— Володя, — он положил мне руку на плечо.
Пришлось остановиться. Обернулся.
— Когда ты закончишь контракт, а я в этом уверен, — продолжил парень, глядя мне в глаза, — город Каменск, улица Рубежная, дом семнадцать, там мои родители. Навести их, пожалуйста, и скажи, что я не боялся и служил стране и что погиб, выполняя долг.
Его голос был ровным. Коля говорил это всерьёз. Он действительно думал, что сегодня умрёт.