Наконец-то гигант оказался в яме. Он упал с глухим ударом, взметнув пыль. Кирилл, недолго думая, кинул сетку. Та развернулась в воздухе и накрыла тварь. Мужик тут же начал атаковать магией. Струи воды били в голову и тело. Я поливал огнём, не переставая.
— Прыгай! — крикнули мне и кинули тесак. — Кусок срежь, пока жив!
Поставил автомат на предохранитель и бросил на землю. Поймал тесак — тяжёлый, с широким лезвием. Внутри меня колотило. Сердце билось так, что, казалось, сейчас выпрыгнет.
Прыжок — и вот я в яме. Ноги скользнули, но удержался. Прошёл через ячейку сетки, протиснувшись между металлическими прутьями, и попытался срезать кусок плоти.
Нож высек искры. Что? Лезвие скользнуло по коже гиганта, оставив едва заметную царапину. Его кожа была твёрдой, как камень.
— Г-г-г! — продолжал мямлить гигант, пытаясь схватить меня даже сквозь сетку.
— Что ты там возишься⁈ — орали на меня сверху.
Бросил нож. Бесполезно. Руками схватился за плечо твари и потянул. Мышцы напряглись. Не поддаётся, твою дивизию!
Ядро зашевелилось, откликаясь на моё желание. У меня на кончиках пальцев вырос камень — острые наросты, как когти. Впился в плоть и потянул изо всех сил.
Треск. Плоть поддалась. Я оторвал кусок — размером с кулак, тёплый и пульсирующий.
Мне тут же бросили верёвку. Схватился рукой. Меня вырвали наверх, я ударился грудью о край ямы, но выбрался.
Водный маг уже использовал какое-то заклинание. Воронка из воды — огромная, крутящаяся спираль угодила твари в голову с оглушительным грохотом. Её разорвало. Буквально. Голова взорвалась фонтаном жидкости.
Кирилл тут же прыгнул в яму с артефактом-щипцами. Несколько мгновений он копался в останках и достал ядро. Вылез, держа его в щипцах.
Все замерли.
Оно было зелёным. Насыщенным, ярким зелёным, которое светилось в темноте.
— Охренеть… — произнесла Мамонтова, разрывая тишину. — Это же третий, а может и четвёртый ранг.
Она подошла ближе, всматриваясь в ядро. Её глаза расширились.
— Володя, — повернулся ко мне Кирилл, и на его лице была широкая улыбка. — Ты ж мой… Какой ты молодец.
Он похлопал меня по плечу.
— Подождите, — вклинился Борис, подходя ближе. — Оторвали что-то?
Все посмотрели на мою правую руку, где я всё ещё сжимал кусок плоти. Кровь стекала между пальцев.
Молчание.
— Да чтоб мне девкой стать! — Мамонтова посмотрела на плоть, потом на меня. — Смог? Руками?
Она открыла рот и вытаращила глаза.
— Хорошая охота, — сплюнул Матросов и достал свою мятую пачку сигарет.
Тряхнул её и вытащил одну зубами. Закурил, щурясь от дыма.
— Часть плоти обычного, ещё кусок аномального четвёртого ранга и ядро, — перечислил он, затягиваясь. — Вот это жирненько… Ох и жирненько. Володя! — кивнул мне и показал большой палец. — Мужик.
— Заказчик будет рад, — хмыкнула Василиса, и её глаза заблестели. — Очень рад.
— Ладно, собираемся и сваливаем, — кивнул Матросов, стряхивая пепел. — Пока всё тихо, но лучше не задерживаться.
— Почему ты весь… — подошёл Кирилл и провёл пальцем по моей форме, измазанной в крови.
Его палец оставил чистую полосу на ткани. Кровь была повсюду — на груди, на рукавах, даже на лице, чувствовал как она высыхает, стягивая кожу.
— Точно, — улыбнулся я. — Там, в том сарае, я нашёл ещё одного.
Пауза. Все обернулись.
— Три? — Василиса улыбнулась, но в её глазах появился новый интерес.
— Ты его… — Борис осматривал меня внимательнее, взгляд скользил по крови, по порванной форме, по ссадинам на руках.
— Убил, — кивнул я спокойно. — Но сначала оторвал руки и ноги, и только потом прикончил. Так что много частей.
На меня уставились. Матросов затянулся сигаретой, не отрывая взгляда. Кирилл приоткрыл рот. Мамонтова прищурилась.
Коля так вообще что-то начал бубнить себе под нос — молитву, что ли? Парень отошёл в сторону, обхватив себя руками.
— У тебя баба есть? — вдруг спросила Василиса.
— Что? — повернулся к ней, не понимая.
Мамонтова смотрела на меня с каким-то странным выражением.
— Не бери в голову, — хмыкнул Борис, бросая окурок на землю и затаптывая его. — Нужно идти и забрать. Если так, то мы сможем на пару недель затихориться.
Он кивнул в сторону сарая. За частями направились я и Мамонтова. Остальные пока собирали инвентарь, подчищали следы и складывали всё в сумки.
Мы шли молча первые несколько метров. Только звук наших шагов по гравию и камням. Ночной воздух был холодным, обжигал лёгкие.
— Володя, — позвала меня она тихо.
Обернулся.
— Могу тебе со всей уверенностью сказать, что теперь ты у нас ловец.