Взрывы? Кто их устроил? Я не чувствовал никого на этом поле. Это точно не магия.
Вдруг яркий свет фар резанул по глазам.
— Тут! Тут кто-то есть! — закричал чей-то хриплый голос.
Рёв моторов. Скрип тормозов. Враги или нет? Кто-то грубо схватил мою тушку, попытался перевернуть. Я упёрся здоровой ногой в землю, вцепился пальцами в чьё-то горло. Нащупал кадык, надавил. Убью.
— Кх-кх! — закашлялся голос. — Пацан, свои! Свои! Отпусти! Подкрепление прибыло.
Сдавил сильнее. Получил резкий удар в лицо. Вспышка, звёзды, новая порция боли. Голова дёрнулась, затылок ударился о камень.
— Тише, тише, свои! — сдавленный голос пробился, словно через вату.
— Какие ещё «свои»? Прошлый раз «свои» меня чуть не убили.
— Глянь, на пацане нет живого места. Кости торчат, весь в крови, — сказал кто-то рядом.
— Видал, какой выплеск энергии? Третий уровень, может, четвёртый, — подхватил другой, более молодой голос.
Свет фар продолжал резать глаза, лиц не разглядеть. Плохо. Моя сила Титана рвётся наружу. Если выпущу… Этому тельцу конец.
— Гиганты! Где они? — просипел тот, кого я всё ещё душил.
— Мы тут хорошенько полили, — хохотнул третий голос.
— Подтверждаю, тварей нет. Ни души, ни тел, ни энергетического фона, — выдал кто-то с чёткой речью.
Стоп. Какие гиганты? Мои сородичи? Титаны? Не может быть… Я их не чувствовал.
— Сержант! Разлом пропал. Артефакты… Нихрена не показывают. Только выжженное поле.
— Такого не бывает! — удивился тот, кого я душил. — Аномалия росла четыре года. Они не закрываются. Никогда. Проверить всё ещё раз!
— Есть!
— Тише, пацан, — сказали мне. — Ты что, новичок? Где твои нашивки?
— Где я? — выдавил из себя.
— Его головой приложило, — засмеялся сержант. — Ты в адском пекле, сопливый ублюдок. И жив. Невероятно повезло.
Вокруг зашумели. Голоса накладывались друг на друга, сливались в гул.
— Сержант, это точно новичок? Нашивок нет, документов тоже…
— Плевать. Раз выжил в эпицентре — наш. Вот что странно: аномалия закрылась. СКА теперь с нас живых не слезут, будут расследовать это.
— Твою мать… — кто-то выдохнул
— Тащите его в госпиталь. Быстро! Если командование узнает, что мы тут теряем время…
— А если его ищут? Вдруг он из тех, кто сбежал?
Срочно в сон. Сила Титана слишком велика для этой тушки. Оставил лазейку, чтобы следить за телом. Глаза закрылись. Последнее, что я почувствовал — как мою тушку грубо подняли и понесли.
Внутри моего тела я сдерживал силой Титана свою же силу Титана. Абсурд и бред! Залатал сердце — осколок пробил его насквозь. Привёл остальные органы в рабочее состояние.
В мою руку воткнута железка. По ней вливается слабое зелье, холодное, растекаясь по венам. Чужие образы, чувства донимали без конца. В голове — каша из обрывков.
Вспышка. Мальчишка, лет семь, прыгает по комнате, хохочет.
— Мамочка! Я же теперь настоящий маг! Как папа! Как братья!
Женщина с тёмными волосами опускается на колени, взъерошивает его волосы:
— Конечно горжусь! Ты же знаешь, я тебя люблю и без магии. Но теперь весь мир наконец-то увидит, какой ты особенный.
Солнце било в окна. Тёплые руки матери. Безопасность. Счастье.
Какого хрена? Откуда эти картинки?
Попытался вышвырнуть воспоминание, как мусор. Сжёг его остатками силы. Но оно «прилипло». Застряло занозой в сознании.
Руки дрожали. Не от слабости — от чего-то другого. Сердце билось неровно, словно пропуская удары. Я управлял этим телом, чинил его, но оно «сопротивлялось». Навязывало свои ритмы, свои чувства.
«Ты мёртв, сопляк», — прошипел я в пустоту. — Твоя душа ушла. Осталась только оболочка.
Но тело не верило. Оно помнило тепло материнских рук. Запах её волос. Эхо счастья, что больше никогда не повторится.
И хуже всего — я чувствовал это эхо. Вышвырнул воспоминание из головы. Но тело ноет изнутри. Не физическая боль — что-то глубже. Грудь сжало, будто тисками. Словно хочется плакать и смеяться без причины. Выключил себя, чтобы ускорить восстановление.
Когда снова кое-как открыл глаза, передо мной была кровать. Всё вокруг тонуло в белом — стены, простыня, потолок. Больница?
Моё тело ломило, боль жгла изнутри. Почему тяжело дышать? Понял — меня душат. Сердце сбавляло ритм. Меня хотят убить после всего, что я сделал? Ага, щас!
Выпустил сгусток энергии и махнул рукой. Да твою ж мать за ногу! Сила Титана сломала мою же конечность. Хруст резанул уши, новая волна боли хлынула.
Глянул на стену напротив. Мужик, точнее, то что от него осталось, стекало красным силуэтом. Ни костей, только алое пятно.