Всё, чего мне сейчас хотелось, — это смыть с себя слой засохшей грязи и запекшейся крови. Всё это слиплось в корку, от которой зудела кожа. Вот только ребята не отступали, продолжая сыпать вопросами. Я игнорировал их и зашёл в душевую.
Взялся за ворот майки. Треск, она с трудом отделилась от тела. Залез под воду и включил её. Горячие струи обожгли кожу. Закрыл глаза, позволив себе расслабиться на секунду. Шорох. Оценил обстановку не глядя. Из оружия у меня только кусок скользкого мыла. Маловато… Но ничего, и оно может стать смертельным в умелых руках.
— Ты… — произнесли рядом.
Судя по голосу, Коля. Не стал реагировать, продолжил намыливаться.
— Я с тобой говорю! — занавеску резко дёрнули.
Медленно повернулся.
— А я — нет, — ответил и занялся слипшимися волосами.
— Думаешь, тебе можно всё? — прорычал он.
— То, что я думаю, тебя не касается, — смыл пену.
— Наша группа, она… — Коля закусил губу. — Если будет разлад, мы все сдохнем.
— Согласен, — кивнул я. — Это не моя проблема, а твоя.
— Ты — моя проблема! Был один идиот, что обосрался и побежал. В итоге его убили, а я получил двадцать палок, как лидер. Теперь другой появился, да ещё хлеще прежнего!
Я дёрнулся. Рванул вперёд, схватил паренька за шею и приподнял. Чёрт, руки мыльные, и он выскользнул, отпрянув.
— Занимайся своими делами, я буду своими. В следующий раз за длинный язык я тебе сломаю челюсть, — тихо, но отчётливо предупредил я его.
В другой ситуации уже бы наказал. Но я голый, в мыле, да и день выдался слишком насыщенным.
— Послушай меня, Володя… — Коля потер шею. — Ты силён, быстр, вынослив. Этого у тебя не отнять. Но выживает тут умный и тот, кто слушается приказов. Эти ребята… Они мои. Я за них отвечаю.
— Вообще всё равно, — хмыкнул я. — Если бы я хотел твоё место, оно бы уже было моим. Играйся дальше в своего вожака.
Николай сжал кулаки, лицо перекосилось от злости.
— Ты меня услышал! Я за них отвечаю. Хочешь быть сам по себе? Не вопрос… Мы не рассчитываем на тебя, и ты — на нас.
— Свали, — склонил голову, давая понять, что разговор окончен.
Парень развернулся и ушёл. Судя по приглушённым звукам у двери, нас подслушивали. Покачал головой. Весь этот спектакль — лишь чтобы показать остальным, что он тут главный и о них «заботится». Детские игры. Сначала о себе позаботься, а потом уже чужие сопли вытирай.
Закончил с омовением и вышел. Все уже лежали на своих койках. В казарме стояла неестественная тишина. Занял своё место. Живот предательски заурчал. Чёрт, так ничего и не поел. Ненавижу засыпать голодным. Укрылся одеялом, закрыл глаза.
И тут в нос ударил запах. Что-то мясное, колбасное. Во рту мгновенно выделилась слюна, а в животе начались болезненные спазмы. Даже затошнило от этого ощущения.
Дрянное человеческое тело куда сильнее нуждается в пище, чем тело гиганта. Плюс тренировка и бой — мне срочно требовалась энергия.
«Завтра, пока не поем, никуда не пойду», — решил я. Попытался уснуть. Но живот урчал так, словно в нём поселился голодный зверь и сейчас рвётся на свободу.
— Володя… — позвал меня шёпотом Вася.
— Чего? — поморщился я.
— Ты хочешь кушать?
— Нет…
— Просто… я стащил со столовки три бутерброда с колбасой и яйцом, — продолжил длинноволосый. — Тебя с нами не было, вот и подумал, вдруг ты… проголодаешься. Будешь?
Ко мне в темноте протянули завёрнутый в салфетку комок, вкусно пахнущий едой. Слюной уже можно было захлебнуться, а спазмы в животе стали только сильнее. К горлу подкатил ком. Я сжал зубы и кулаки. Твою ж мать! Поднялся. Босые ноги коснулись холодного пола.
Титаны не благодарят за подачки… но почему моя рука сама тянется? Внутри шла яростная борьба между мной и потребностями этого организма. Я разрешил её тем, что взял предложенное как подношение, положенное по праву сильного.
Откусил. Половина бутерброда поместилась в рот, другую часть затолкал пальцем. Проглотил. По телу побежали мурашки от удовольствия. Я замер. Мне сейчас не холодно, почему такая странная реакция?
— Вкусно? — спросил Вася.
— Наверное, — почему-то кивнул я.
— Держи, — мне протянули второй бутерброд.
Он отправился туда же, куда и первый. Боль в животе начала отступать. По телу разлилось приятное тепло. Глаза стали слипаться, мышцы начали расслабляться. Меня неудержимо потянуло в сон.
— Ты мне так и не пожал руку при знакомстве, — заявил Вася.
Я посмотрел на паренька, а он сидит на своей раскладушке и протягивает ко мне свою «лапу».
Я фыркнул. Благодарность… Всё внутри кричало, что я должен ответить на этот жест. Знания, тело, инстинкты. Словно колокол в голове: «Ответь, он тебя накормил».