— Не дёргайся, — предупредил он, заметив, что я слегка перенёс вес с ноги на ногу. — А то дырку в башке проделаю.
Минут через пять в казарме стало тесно. Прибыли: Матросов — растрёпанный, явно разбуженный среди ночи; Пузатов — нервный, постоянно поглаживающий усы; Олег с медицинской сумкой; и наконец, Патрушев — главный, в расстёгнутом кителе, его маленькие глазки быстро бегали по сторонам, оценивая обстановку.
— Что тут произошло? — Патрушев окинул взглядом всю сцену: я у стены под прицелом, группа в углу, Вася без сознания на койке.
— Большов напал на Кротова, — тут же начал докладывать Коля. — Избил его, потом пытался… не знаю, добить, наверное.
— Понятно, — главный кивнул, даже не взглянув на меня и не выслушав другую сторону. — Задержать нападавшего. Зачем ты пытался убить Василия? — он обратился ко мне.
— Не пытался, — ответил я абсолютно спокойно.
— Лидер группы и все остальные говорят, что это ты.
Я поднял взгляд и уставился на Патрушева. Его маленькие глазки бегали из стороны в сторону, не в силах остановиться на мне.
— Все! — пробасил я, повысив голос. — Кто что видел? Отвечать честно.
В казарме повисло гробовое молчание. Все заткнулись, даже пришедшие начальники.
— Я… — замямлил Зяблик. — Проснулся от голоса Николая.
— И я.
— Я тоже.
Все семь человек хором выдали одну и ту же правду.
— Вот, — кивнул я. — Даже Коля пришёл в себя уже после того, как всё случилось.
— И что же произошло? — скривился Патрушев.
— Услышал шум. Проснулся. Увидел, что Василия тащит мужчина. Рост примерно сто восемьдесят, вес около восьмидесяти. Весь в чёрном. На лице маска. Маг. Использовал против меня стихию воздуха, — я показал на свои изрезанные в кровь руки. — Когда увидел, что я проснулся, атаковал, а потом свалил, — я поднял взгляд на открытое окно под крышей.
— И кто это может доказать, кроме тебя? — хмыкнул жирдяй.
— А кто может доказать, что это я? — задал ему встречный вопрос. — Что мы имеем? Вася без сознания. Скорее всего, на него использовали магию или какое-то зелье…
— Наркоз, — тут же вступил Олег. — Я могу с уверенностью сказать, что это воздействие сильного седативного препарата.
— Ты его усыпил, — снова попытался обвинить меня Патрушев.
— Зачем? — спросил я, глядя ему прямо в глаза.
— А откуда мне знать… — глазки Патрушева забегали ещё быстрее, даже голос задрожал от неуверенности.
— Откуда бы я взял ваш… наркоз?
— Ты был в медкорпусе! — выдал жирдяй. — Украл!
— Погодите-ка! — тут же включился Олег. — Он всё время был под моим присмотром и к медикаментам даже не приближался.
— Тогда… тогда… — главный задумался, на лбу выступил пот.
— Такое ощущение, что меня нужно обвинить любой ценой, и сейчас придумывается, как это сделать, — хмыкнул я.
— Подождите, — поднял руку Матросов. — Может, стоит для начала просто разобраться?
Патрушев недовольно поморщился, словно от зубной боли.
— А что тут разбираться? Факты налицо: один избит, второй с кровью на руках. Всё ясно, как божий день.
Олег тем временем склонился над Васей, его руки засветились знакомым лечебным светом. Несколько секунд он изучал состояние, затем поднял голову.
— Это не избиение, — категорично заявил врач. — На теле нет свежих травм, кроме старых синяков. Состояние больше похоже на воздействие наркотического зелья или мощного снотворного. Нужны анализы, чтобы точно сказать. Я уже взял пробу.
Патрушев нахмурился, его лицо начало багроветь.
— Зелья? Откуда у живца могло взяться зелье?
— Очень хороший вопрос, — согласился Олег. — Такие препараты есть только в медблоке. И то, под строжайшим учётом.
Воцарилась неловкая пауза. Патрушев явно не ожидал, что его версия рассыплется так быстро.
— Тогда… тогда кто-то ему помог! — нашёлся главный. — У него есть сообщники!
Матросов тем временем достал какой-то прибор, похожий на большой компас со светящимся экраном. Он поводил им по воздуху в казарме. Устройство тихо попискивало, а на экране мигали разноцветные точки.
— Интересно, — пробормотал он. — Следы магии есть. Причём свежие, мощные. Но они не от человека без дара.
Он указал прибором на меня.
— От него — никаких следов. А вот тут… — он провёл устройством возле окна, — … остался сильный магический фон.
— Что это значит? — спросил Патрушев, но в его голосе уже не было прежней уверенности.
— Это значит, что здесь действительно был маг, — ответил Матросов. — Причём достаточно сильный. И Большов, похоже, говорит правду.