Странный малый. Мозгов признать свою некомпетентность хватило, а собраться — нет.
Щелчок рации.
— Воробьёв? — донёсся оттуда знакомый голос.
— Я? — отозвался один из охранников.
— Приведи мне на допрос Большова из новой группы.
— Есть! — мужик повернулся ко мне, выключил связь, — да ты нарасхват, — криво улыбнулся он.
— Проблемный… — покачал головой второй, — постоянно что-то выкидывает.
Это был Матросов. Зачем я ему понадобился, да ещё сейчас? Из-за того инцидента с магом? Охрана изменила маршрут, меня повели в другую сторону. Всё, чего я хотел сейчас, — есть и спать.
Завтра снова возиться с группой. Сдались бы они уже, но муравьи оказались упрямыми. Подошли к двухэтажному зданию. Моя охрана остановилась, меня передали другим.
Интересно, у каждого своя зона ответственности? Зашли внутрь. Это оказалось… общежитие или нечто похожее. Много комнат, длинный коридор. Прошли по нему, остановились у двери с табличкой «Матросов».
Постучали.
— Входите, — ответили из-за двери.
Внутри — комната, совмещённая с кабинетом. Идеальная чистота и порядок. За столом — Матросов в форме ловцов. Та самая, похожая на ту, что была у Мамонтовой и её парня.
— Свободны, — махнул рукой Борис, не поднимая взгляда от документов.
Мы остались одни. Матросов продолжал что-то писать, демонстративно игнорируя меня. Психологический приём — заставить ждать, показать, кто главный. Ещё раз окинул взглядом его жилище. Последовательный, дисциплинированный, ответственный.
— Слушаю, — начал я, не желая играть в его игры.
Борис медленно отложил ручку, откинулся на спинку стула и наконец посмотрел на меня.
— Володя, — постучал пальцами по столу, — нам нужно подождать ещё одного человека.
Предчувствие кричало, что начинается какая-то невиданная хрень. Я стоял спокойно, глядя на Матросова. Тот встал, прошёлся к окну, заложив руки за спину. Классическая поза — попытка казаться значительнее.
Прошла минута, вторая, пятая. Наконец дверь открылась без стука.
В комнату вошла Мамонтова. Закрыла за собой дверь, кивнула Борису. Тот вернулся к столу, но не сел. Остался стоять, опершись на спинку стула. Василиса прислонилась к стене у выхода, скрестив руки.
Классическая расстановка — они контролируют выходы, я в центре. Думают, что загнали в угол?
— У нас есть к тебе предложение, — начал Борис, барабаня пальцами по спинке стула.
Василиса выпрямилась, выпятила грудь, расправила плечи. Не знаю, на других это может и работает, но не на меня. Я хмыкнул, чем, похоже, задел её. Вон как смотрит, губы поджала. Отошла от стены, сделав шаг ко мне.
— Тебе нужны деньги? — спросила Василиса, сжимая и разжимая кулаки.
— Нет, — отрезал я, — зачем они мне тут?
Матросов вытащил сигарету, покрутил её в пальцах, но не закурил. Мамонтова заходила вдоль стены. Короткие шаги, словно хищник в клетке.
— Тогда что тебе нужно? — поинтересовался Матросов, поднося сигарету к губам.
— Может, хватит тянуть? — перевёл взгляд с одного на другую.
Борис щёлкнул зажигалкой, но огонь не зажёгся. Ещё раз. Василиса остановилась, повернувшись ко мне всем корпусом.
— Подожди… — наконец закурил Борис, глубоко затянувшись, — ответь на вопрос, и потом продолжим.
— Аномалия. Гиганты, — выдал я свои потребности. Смысл юлить?
Мамонтова присвистнула, Матросов едва не поперхнулся дымом. Они быстро переглянулись — явно не ожидали.
— Даже так? — поднял брови мужик, стряхивая пепел, — допустим… Не буду спрашивать почему. Хочешь побыть живцом? Неофициально…
Василиса подошла ближе, остановившись в двух шагах.
Хмыкнул. Интересное местечко. Вроде всё как положено, но каждый что-то проворачивает. Побыть живцом… Получить ответы раньше, чем с группой сопляков? Вот только соглашаться просто так — не в моих правилах.
— Хорошо. Допустим, я слушаю, — сделал шаг к Василисе, заставив её отступить, — зачем именно я? Нужна приманка? В корпусе сотни таких. Берите любого послушного идиота.
Матросов затянулся. Мамонтова скрестила руки ещё плотнее.
— Послушные идиоты дохнут, — усмехнулся Матросов, стряхивая пепел, — быстро и глупо. Мы это проходили. Они видят то, чего нет в их методичках, и превращаются в орущий кусок мяса. Миссия провалена, все рисковали зря.
Подтвердили мои догадки.
— И вы решили, что я не сдохну? — хотя вопрос для меня был глупым.