Слова застревали в горле. Забавно наблюдать, как она пытается сформулировать оправдание для ситуации.
— Расслабься, Оленька, — подмигнул ей Олег. — Меня не интересует, с кем ты спишь. Сам был молодым.
— Сплю? — Кольцова посмотрела на меня, словно ища поддержки. Потом до неё дошёл смысл сказанного. — Что?
Лицо из красного стало пунцовым. Уши горели. Схватилась за щёки, пытаясь остудить пожар смущения. Сделала шаг назад, споткнулась о ножку стула.
— Я… Мы не… Это не то, что вы подумали!
И девушка рванула. Хлопнула дверью и спряталась.
Олег уже переключился на меня. Подошёл, профессионально оценивая состояние. Рука легла на плечо, глаза закрылись. Почувствовал, как чужая магия прошлась по телу, тёплой волной скользнула по мышцам, костям, внутренностям. Судя по всему, это диагностика.
— Вижу, что почти всё в относительной норме, — открыл глаза. — Зелёнка сработала хорошо. Спина затянулась, рёбра срослись. Нога… Связки ещё слабые. На вот.
Протянул круглый шарик зелёного цвета. Размером с крупную горошину, полупрозрачный.
— Давай, — кивнул он, заметив моё замешательство.
Запихнул шарик в рот. Вкус ударил по рецепторам. Впервые ощутил зелёнку осознанно. Обычно мне её давали, когда я был без сознания. Чуть сладковатый с горьковатым послевкусием и что-то от деревьев. Кажется, хвойных — сосна или ель. Шарик растворился на языке, и тут же почувствовал, как высвободилась энергия.
Тёплая волна прошла по телу. Она потекла по нервным окончаниям, собираясь в резервуаре. Приятное покалывание, словно конечности отходят после онемения. Потом энергия сама нашла повреждения. Сосредоточилась на ноге и остатках травм на спине.
— По документам я проведу, что ты подскользнулся и упал в душе, — продолжил врач будничным тоном. — Бытовая травма. С Кольцовой тоже поговорю.
— Моя доля, — вспомнил о главном. — Где?
Олег связан с Василисой и Матросовым. Они все в одной упряжке. Интересно, сколько ещё людей в их сети?
— Неплохо… — хмыкнул врач. — Только в себя пришёл, а уже кусок подавай. Деловой ты, Большов.
— Меня устроит ядро, — уточнил.
— Да что ты говоришь, — Олег уже откровенно улыбался. — А может, мне ещё Оленьку ленточкой тебе перевязать? В придачу к ядру?
Я проигнорировал шутку.
— Так дела не делаются, — продолжил врач, видя моё каменное выражение лица. — Все вопросы к… С тобой поговорят. Идти можешь?
Проверил ногу. Зелёнка продолжала работать, боль отступала. Кивнул.
— Ну тогда вали, может, срастётся к утру, — сказал Олег со всей врачебной заботой, которая тут же сменилась деловитостью. — Постарайся не нагружать. Своим выдай какую-нибудь историю. Всё равно их никто слушать не будет.
Замялся, потом добавил:
— И это… Насчёт того, что ты спросил. Загляни к Боре.
— Как? — уточнил. Ночь, нас всегда водят под охраной. — Когда?
— Ножками и сейчас, пока ещё есть возможность, — улыбнулся Олег. — У тебя окно минут на тридцать. Охрана сменяется, будут заняты передачей постов. Да и предупредили кого нужно.
Кивнул и вышел из медкорпуса. Ночной воздух ударил холодом. После тепла помещения кожа покрылась мурашками. На улице меня впервые не ждала охрана. Свобода передвижения? К такому и привыкнуть можно.
Огляделся. Все на местах, но внимание охранников рассеяно. Двое курят, переговариваясь вполголоса, красные угольки сигарет вспыхивают в темноте. Ещё несколько обходят ближайший периметр, но явно для галочки. Свет прожекторов светил на крыши, оставляя тени у земли.
Пожал плечами и направился к жилому блоку кураторов. Нога ещё побаливала, но с каждым шагом становилось легче. Зелёнка творила чудеса. Уже через сотню метров понял, что поторопился с оценкой. Конечность слушалась плохо, приходилось прихрамывать.
Как мне тренироваться с ребятами утром? Впрочем, об этом подумаю потом. Сначала нужно решить вопрос с ядром.
Постучал в дверь Матросова. Три коротких удара — не громко, но достаточно, чтобы услышали. Почти сразу дверь открылась. На пороге стояла Мамонтова.
— Заходи! — кивнула она.
Вошёл. Комната та же — аскетичная, функциональная. Только теперь на столе лежала карта с какими-то отметками. Красные кружки, синие линии, чёрные крестики. Зоны аномалий? Маршруты? Места операций?
Борис сидел за столом и курил. Дым поднимался к потолку ровной струйкой, в воздухе висел едкий запах табака. Поднял взгляд от карты, и брови удивлённо взлетели вверх.
— Уже? — в голосе сквозило неверие. — Я думал, ты до утра проваляешься.
— Живучая тварь… — хмыкнула Василиса, закрывая дверь. Щёлкнул замок. — Его поломали, а он уже на ногах.