Начальство наверху этого не оценит. Совсем не оценит. Одно дело, если они все сдохнут у аномалии или их сожрёт гигант. Вообще плевать. А так… Всё же было нормально, почему не действовать по старой схеме?
В дверь постучали. «Сука, неугомонная!» — подумал он, зная, кто это.
— Войди, — махнул он зачем-то рукой.
— Евгений Игоревич, — зашёл Матросов, — я что-то вас не пойму. Вы себя ведёте так, будто ничего не происходит. Остановили меня в расследовании, ограничились лишь новыми мерами контроля — они не помогли.
— Боря, ты идиот? — фыркнул глава корпуса, — вопрос не в том, что я хочу или нет… А в том, чем это грозит корпусу и нам лично. Ты понимаешь, если дело раздуют, то проблемы будут у всех нас?
Он поморщился — почему никто не понимает, на что ему приходится идти, чтобы всё работало?
— Мой корпус должен быть образцовым, понимаешь? У меня здесь всё под контролем, все аномальщики дисциплинированы, охрана бдительна. А что получается? Какой-то маг шныряет по территории, как у себя дома, и тащит людей прямо из-под носа!
— А если ничего не делать… — тут же включился Матросов.
— Ничего не делать? — Патрушев поднял взгляд, — кто сказал, что ничего не делать? Я сказал — не раздувать!
Глава корпуса подошёл к окну, выглянул наружу. Территория корпуса выглядела спокойно.
— Давай так, — повернулся Патрушев и сгрёб бумаги со стола, — проведи собственное расследование. В способах тебя не ограничиваю. Хоть спать ложись в казарме — мне вообще плевать. Но нельзя, чтобы дело дошло… — он указал пальцем вверх, — … туда.
— Я вас понял, — кивнул Борис.
Внутри у Матросова всё клокотало. Он не терпел таких бюрократов, как Патрушев. Держатся за своё место и думают только о своей заднице. Что будет с остальными — их мало волнует.
Борис развернулся и направился на выход. Что-то в словах главы корпуса зацепило его внимание. А что, если правда поселить кураторов в казармы к аномальщикам? Это точно решит проблему с похитителем на время.
Вот только… А если кто-то работает с ним в корпусе заодно? Тогда предупредят, и они его не поймают. Значит… нужна наживка. Вот только как это всё продумать, чтобы клюнули?
Матросов кивнул сам себе. Хорошая мысль, и над ней он поразмыслит. Сейчас нужно продолжить подготовку к завтрашнему выезду к аномалии. Как раз он дал задание Большову. Не справится? Тогда и разговоров о том, чтобы стать ловцом, больше не будет.
Когда Патрушев остался один в кабинете, то достал из нижнего ящика стола бутылку водки и налил себе в стакан. Запах дешёвого алкоголя ударил в нос — резкий, жгучий. Руки всё ещё дрожали, и часть водки разлилась по столу.
— Дерьмо… — пробормотал он, вытирая лужицу рукавом.
Выпил залпом и сморщился. Водка жгла горло, оставляя неприятное послевкусие. Но сейчас это было неважно.
Взял в руку артефакт связи. Долго вертел его в пальцах, раздумывая. Потом нажал на выступающий элемент, активируя устройство.
Кристалл слабо засветился синим.
— Какого чёрта? — произнёс глава корпуса аномальщиков в пустоту, — я же просил быть осторожнее! Хотите, чтобы нас схватили?
Молчание. Только тихое гудение артефакта.
— Что значит «не лезь»? — голос Патрушева стал выше, — вообще-то это мой корпус! И если вы думаете…
Снова молчание. Лицо его стало напряжённым.
— Да как вы смеете? Вы хоть знаете, что… — он осёкся, видимо, получив ответ, который его не устроил, — да! Понял. Хорошо.
Мужчина швырнул артефакт на стол так, что тот подпрыгнул и покатился к краю. Скривил лицо, словно съел что-то кислое.
Налил себе ещё водки и выпил, на этот раз медленнее.
— Твари… — выдохнул он с горечью, — из меня, главы корпуса, какую-то дешёвку делают. Марионетку поганую.
Он откинулся в кресле и закрыл глаза. В голове всё перемешалось: страх перед начальством, злость на Большова, унижение от разговора по артефакту. И понимание того, что он уже не контролирует ситуацию.
Если вообще когда-то контролировал.
Утро. Проснулся раньше остальных и потянулся.
Сон был беспокойный. Слишком много мыслей крутилось в голове после вчерашнего — маг, похищение, задание Матросова. Но тело отдохнуло, и этого достаточно.
— Подъём! — крикнул, не церемонясь.
Рефлексы сработали мгновенно. За эти дни я их неплохо выдрессировал. Несколько человек просто свалились с кровати, дёргаясь как марионетки. Один из них — Вася. Схватился за раскладушку, пытаясь удержаться, но только усугубил ситуацию. Кровать перевернулась на него.