— Он может следить за вокс-передачей, как и всякий другой, — прорычал Делеракс. — Я занят.
— Он требует личный доклад, — извиняющимся тоном сказал Кордассис.
— Еще чего, — отрезал Делеракс. Пока у него в крови текли боевые стимуляторы, его не волновали жалкие просьбы посланника Гора. Даже при одной мысли о космическом десантнике, низведенном до роли посла, Делеракс дрожал от гнева.
— Что мне ему сказать? — спросил Кордассис.
— Что хочешь, — бросил Делеракс, отвернувшись назад к главному экрану. — Мне все равно.
Кордассис подождал еще пару секунд, пока не понял, что это было последнее слово командира.
— Тогда с таким же успехом я могу остаться здесь и насладиться зрелищем, — высказался капитан.
— Располагайся, — произнес Делеракс. — Займи орудийную станцию.
Когда расстояние стало оптимальным, капитан-лейтенант отдал приказ произвести торпедный залп. Боевая баржа содрогнулась, извергнув огромные ракеты. На экране возникли четыре желтых плазменных огня, которые, впрочем, тут же исчезли, когда активировались варп-двигатели.
То исчезая, то вновь появляясь в реальном пространстве, торпеды оставляли за собой след из разноцветных сполохов. Они летели по дуге, медленно приближаясь к кораблю Саламандр, который пытался уйти от них. Затем торпеды полностью пропали из поля зрения, превратившись в сигналы варп-эха на сканнерах.
— До цели двенадцать тысяч километров, — взглянув на мерцающий зеленый экран, доложил офицер целеуказания. Его звали Сканда Виор, он также был Пожирателем Миров. В отличие от Делеракса и Кордассиса, большая часть его силовых доспехов была выкрашена красным. Дань ширящейся в легионе традиции — принадлежность к воинскому культу Ангрона.
— Одиннадцать тысяч километров, — спустя пару секунд вновь сказал он.
Отсчет продолжился, и когда расстояние сократилось до семи тысяч километров, Делеракс застыл в ожидании.
— Шесть тысяч километров, — продолжил офицер целеуказания. — Переключение на бортовые инфо-сканнеры, подготовка к разделению.
В углу главного экрана возникла небольшая картинка с черно-красным монохромным изображением с торпед. На нем кружились странные тени, и Делеракс понял, что камеры, наверное, включились, когда ракеты еще находились в варпе. Мгновение спустя они вновь появились в реальном космосе, и капитан-лейтенант увидел непосредственно сам ударный крейсер.
Корабль был длинным и узким, с расположенной в верхней части взлетной палубой. Там, словно искры, то и дело вспыхивали плазменные точки двигателей боевых шаттлов Саламандр, которые взлетали для перехвата торпед.
— Пять тысяч километров, разделение, — объявил офицер.
Когда торпеды разделились, изображение на пару секунд исказилось от статических помех. Каждая из ракет запустила в крейсер Саламандр четыре сотни боеголовок. На возобновленной передаче было видно лишь облако из шестнадцати сотен мерцающих зарядов. Корабль открыл огонь из всех орудий и лазерных установок, и взрывы боеголовок затмили собою звезды. Когда же сами торпеды, в каждой из которых находился ядерный заряд мощностью в пять мегатонн, приблизились к ударному крейсеру, в бой вступили оборонительные башни судна. Экран наполнился росчерками плазменных выстрелов и вспышками высокоскоростных снарядов, которые на полпути взрывали боеголовки.
Теперь торпеды приблизились достаточно близко, чтобы передавать прямое изображение. Картинку, созданную на основе схемы корабля, заменил вид ударного крейсера в реальном, правда, с некоторой задержкой, времени. Судно было темно-зеленым, покрытое желтыми полосами, возле носа в белом круге виднелся символ легиона. Расстреливая боеголовки, корабль начал разворачиваться — капитан пытался сузить его профиль, чтобы уклониться от торпед. В дыму взрывов плазменные двигатели засверкали, подобно звездам, несколько размываясь от мерцания энергетических щитов.
— Глупец, — бросил Делеракс, улыбнувшись офицеру целеуказания. — Примитивная ошибка. Разворачиваться нужно в сторону торпедной атаки, чтобы обезопасить двигатели. Новичок, не иначе.
Щиты ударного крейсера полыхнули синими и фиолетовыми молниями, когда с ними столкнулись несколько сот уцелевших боеголовок. Корабль утонул в столь яркой вспышке взрывов, что казалось, будто на главном экране родилась новая звезда. Щиты исчезли от перегрузки, и оставшиеся боеголовки попали в бронированный корпус корабля. Из топливной системы двигателя захлестала плазма.
Мгновение спустя взорвались торпеды, и мини-экран почернел и исчез.
— Сканирование подтверждает тяжелые повреждения двигателя и средние — орудийных палуб правого борта.
— Приказать флотилии идти на сближение, — ответил Делеракс.
— Входящее сообщение от командования легиона, — объявил помощник-связист. — Скреплено приоритетным субсигналом.
— Вывести на громкоговорители, — сказал Делеракс, не отрывая взгляд от экрана.
Мостик заполнило шипение статики, которая сменилась последовательностью закодированных гудков и жужжаний, после чего сквозь шум прорвался глухой бас. Внимание Делеракса тут же переключилось на послание, все остальные мысли были забыты, когда он узнал голос Ангрона, примарха Пожирателей Миров.
— Трусливые сыны Коракса продолжают ускользать от этого неуклюжего инженера Пертурабо. Магистр Войны развязал мне руки, и я за несколько дней расправлюсь с этими отбросами с Освобождения. Приказываю всем кораблям вернуться на орбиту для поиска. Ко мне, мои дикие гончие! Мы обрушим свой гнев на Гвардию Ворона и сотрем ее со страниц истории. Приказ исполнить незамедлительно.
— Мы возвращаемся? — спросил Кордассис.
— Нет, — ответил Делеракс. Он взглянул на ударный крейсер, который, оставляя за собой след расширяющейся плазмы, тяжело уходил к астероидному полю: хищник увидел, что его добыча ранена и готова к смерти. — Пусть пока остальные ищут Гвардию Ворона в горах. Пару часов ничего не изменят. Мне еще нужно убить Саламандру.
Бран нахмурился и вновь посмотрел на отчет о результатах сканирования. Но даже после второго просмотра смысла в нем не прибавилось. Он обернулся к своему спутнику, префекту Имперской Армии Марку Валерию.
— Огромный остаточный след плазмы и радиации, а также рассеянное скопление обломков, — произнес командор Гвардии Ворона.
— Космическое сражение? — спросил префект.
— И притом крупное, — уточнил Бран. — Слишком крупное.
— О чем вы? — не понял Валерий.
Бран протянул ему отчет и прошел к консоли сканнера, его тяжелые шаги приглушались густым ковром, укрывавшим палубу.
— Остальной флот подтвердил данные?
— Да, командор, — ответил старший помощник. — В пределах стандартных параметров результаты сканирования одинаковые.
— Что вы имеете в виду под «слишком крупное»? — еще раз спросил Валерий.
— Десятки уничтоженных кораблей, — ответил Бран. — Больше, чем во всем флоте Лунных Волков.
— Возможно, среди них есть корабли Имперской Армии, которые переметнулись к Магистру Войны, — предположил помощник. — Ах да, а они разве теперь не Сыны Гора?
Префект постоянно теребил красную перевязь на груди, символ благородного происхождения рода. Валерий успел ее основательно измять за время длительного варп-прыжка от Освобождения к Исствану. Нервность префекта была понятна, хотя она и несказанно раздражала Брана. Поручившись своей жизнью, Валерий вынудил командира Гвардии Ворона покинуть гарнизонный пост на Вороньем Шпиле и прибыть на Исстван. Бран без лишних раздумий забрал бы причитающееся, если все это окажется ловушкой.
— Но даже в таком случае сканирование указывает на практически полное уничтожение флота, — произнес Бран, не обратив внимание на префекта. — Такое количество кораблей указывает на куда более крупный масштаб сражения.
— И что нам делать? — спросил Валерий.
Бран обдумал все возможные варианты. Его флот, состоящий из боевой баржи Гвардии Ворона, двух ударных крейсеров, а также горсти транспортников и фрегатов Имперской Армии, вошел в систему Исстван перпендикулярно плоскости эклиптики. Он взглянул на монитор, на который было выведено схематическое положение его флота. Предполагаемый курс был обозначен пунктирной линией вокруг солнца Исствана к планетам, которые сейчас находились на противоположном краю системы.