Последующие два дня занял переход через горы, а к вечеру шестого дня их пути на подступах к самому Анварду, где в планах было пополнить запасы воды и передохнуть, они наткнулись на военный лагерь.
— Скажи, где Его Высочество? — поинтересовался Питер, замедлив ход коня.
Мужчина указал на огромный шатер в конце ряда, по которому им следовало пройти. Шатер тот был красным, спутать было сложно, а на полотняной двери красовался герб льва, что выражало принятую присягу Нарнии. Питер велел Тиарет и остальным подождать его, сам же спешился и вошел в шатер, где над картами склонились король Орландии Рам, и его брат с сестрой, Эдмунд и Люси.
— Прошу прощения, что отвлекаю, — привлек к себе внимание мужчина и прошел уверенно внутрь.
— Питер! — Радостно воскликнула Люси и кинулась обнимать брата.
Рам же, услышав имя вошедшего, сразу избавился от возмущения. Он мечтал познакомиться с Питером, Верховным правителем Нарнии и Одиноких островов, с тем, про кого он читал в книгах, на кого стремился быть похожим. К тому же, можно было сразу же попросить руки Люси у старшего правителя, по всем нарнийским законам.
— Когда выступаете? — поздоровавшись со всеми и каждым, молодой мужчина перешел сразу к делу.
— Завтра, — ответил Эдмунд, обратившись к карте. — Нужно будет идти напрямую через западные леса и фонарную рощу. Каспиан поведет войско через Шрибл в Эттинсмур и попытается подключить великанов, — король Справедливый подвинул фигурки красного цвета к северному пределу Нарнии.
— Подожди, — запротестовал Питер. — Зачем разделять армию? Тем более что переход через заснеженные горы обойдется в три дня.
— У нас нет другого выхода, — пояснила включившаяся в разговор Люси. — Пока враг борется с основной массой войск в Дориате, Каспиан зайдет с другой стороны. Это должно сработать.
— Это не сработает, — заключил Питер, и тут же принялся показывать на карте. — Пока Каспиан будет переправлять нарнийское войско через горы, от Дориата не останется и следа. К тому же, великаны не самые дружелюбные создания. Многие погибнут, не достигнув Харфанга. — хмуро подметил Верховный правитель. — Рубеж и без того прорван, потеряем Дориат, значит проиграем в войне.
— И что ты предлагаешь? — поинтересовался Эдмунд.
— Король Рам, отправьте послание Каспиану соколом, чтобы он соединился с нами у фонарной рощи. Мы будем там дней через шесть. — Король Орландии кивнул и покинул шатер, словно какой-то мальчик на побегушках, совершенно забыв, что у него для этого есть гонцы. — Люси, возвращайся к Сьюзен в Кэр-Паравел. Там будет безопаснее.
— Но Питер! — возмутилась девушка, взглядом прося о поддержке у другого брата.
— Впервые я согласен с ним, Лу. Мы не знаем, с кем имеем дело. Это может быть опасно! — заявил вдруг Эдмунд.
— А вот тут ты не прав, — констатировал Питер, оторвав, наконец, свой взгляд от карты, — мы совершенно точно знаем, с кем имеем дело. Но для тебя у меня есть другое задание.
Комментарий к К3. Г3. Картина из крупиц
Честно признаюсь, но, похоже, это будет моя самая продуманная работа и самая быстро написанная.
========== К3. Г4. Огненный цветок ==========
Через полотняную полу шатра внутрь вошел мужчина, по виду которого сразу можно было узнать, перед тобой стоит эмир всех фиаллэ. На нем был надет мурак из войлока, обшитый бархатом и украшенный вышивками и орнаментами из золотой канители. Этот головной убор подарил Риязу тархистанский хан, в благодарность за прекрасную жену.
Эмир снял свой колпак и отложил вместе со снятой с пояса саблей. Он прошел к кровати и устало повалился, когда его красавица жена, Хафса, даже не оторвалась от излюбленного занятия. Женщина с густыми выжженными солнцем волосами и глазами цвета расплавленной бронзы раскаленным клинком вырывала крики из молодой девушки, что провела ночь c Риязом.
— Отпусти бедную девочку, — уставшим голосом проговорил Рияз, разглядывая обнаженное и израненное тело его любовницы, — есть дела поважнее.
Женщина кинула в рабыню одежду и велела ей убираться, после чего она налила себе кувшин вина, оставив клинок на раскаленных углях греться, и приселяя рядом с мужем.
— Путь через Орландию нам закрыт, придется плыть морем. — Коротко рассказал мужчина, вводя свою умную жену в курс дел.
Им все еще было необходимо переправиться в далекие земли, где народ фиаллэ смог бы добыть пищу и воду, лошадей и другие диковинки. Когда была битва при Анварде, Рияз разведал, что лежит за горным хребтом, что упирается в небосвод.
— Ташбаан предоставит нам корабли, но у них будет численное превосходство. — Задумчиво проговорил Рияз.
Его действительно волновал этот поход, потому как нельзя было облажаться перед собственным народом, особенно, когда власть узурпировал крайне нечестным путем. Тревога нарастала с каждым днем, потому как неизвестен был заранее исход битвы. И если раньше, когда в подчинении Рияза был всего лишь один отряд фиаллэ, с которым он бросался в гущу событий, то сейчас жизни всего народа висит тяжелым грузом на его плечах.
Сделав большой глоток вина, Хафса наклонилась к губам мужа, и поцелуем напоила его напитком из тархистанского винограда. Она была очень спокойна, в какой бы ситуации не находилась, даже холоднокровна, что редкостью было среди фиаллэ. Она без сомнений могла истязать молодых девиц, с такой же холодностью, с которой смотрела на мужа.
— Все твои воины сильны, просто не познали секрет этой силы. — Голос ее звучал уверенно и загадочно, что подогрело интерес слегка опьяневшего эмира. — Знаешь ли ты сказ о фениксе и русалке?
— Феникс влюбился в русалку и потушил свой огонь в поцелуе. Так они умерли. Какое отношение это имеет к нам? — поинтересовался нетерпеливо Рияз.
— Феникс — огненное создание, родом из пустынных земель. Русалки же создания воды, родом из южного моря. Это сказание не больше чем метафора того, что было раньше. — Хафса сделала еще один глоток, вспоминая детали. — Феникс живет в каждом из нас.
Поставив кубок с вином на пол, женщина поднялась на ноги, чтобы муж ее видел лучше, и приступила к демонстрации. Развернув ладонь к потолку, Хафса направила все свои мысли на пробуждение внутреннего огня, после чего на руке ее загорелся огонь. Его жара она не чувствовала, как не чувствовала и пустынного солнца.
Рияз от удивления поднялся с кровати и подошел к жене, чтобы получше рассмотреть, не обманывают ли его глаза. Рукой дотронулся он до огня и почувствовал тепло, исходящее от него.
— Как? Как ты это сделала? — удивленно и даже испуганно вопросил эмир.
— Пробудила внутреннего феникса, — с коварной улыбкой ответила женщина и тут же потушила огонек. — Это только малая часть способностей. Я могу научить тебя и твоих воинов этому, и тогда вы одержите верх над любой армией.
Восторг, охвативший Рияза, невозможно было передать словами. Оказавшись в тупике, он словно задыхался от нехватки воздуха, решения давались тяжело, а теперь они могли бы небольшим отрядом высадиться у берегов далекой и плодородной земли и захватить ее без особого труда, вселяя ужас в сердца местных жителей.
— Теперь ты рад, что я стала твоей женой? — лукаво поинтересовалась женщина, вновь вернувшись к своему бокалу с вином.
— Как будто у тебя был выбор, — усмехнулся Рияз. — Ты бы не пошла против воли своего отца.
— Но ты вполне мог бы обнаружить меня в день свадьбы мертвой. — Безразлично пожала плечами Хафса, вспоминая день их бракосочетания. — К мертвым не бывает претензий.
Тот день был для юной Хафсы одним из самых сложных дней в ее жизни. Отец не думал долго над предложением Рияза, когда тот заявился в их обитель, он был готов отдать самое дорогое и ценное, что у него есть, лишь бы сохранить свою жизнь. О любви не было и речи, исключительный расчет, без права на изменение решения. Девушка действительно думала распрощаться со своей жизнью, но передумала, потому как сам Таш послал ей знак.