— Кэр-Паравел захватили, — с толикой злости ответил Каспиан, вызвав сильное удивление у старшего Певенси.
Питер подорвался вскочить на ноги, но рана отдалась дикой болью, а эльф смерил короля недобрым взглядом. У него снова пошла кровь.
— А девочки? — чуть жмурясь от неприятных тянущих ощущений, спросил Питер.
— Они в порядке, — Эдмунд осмотрел свой начищенный меч и отложил его на кровать Каспиана, на которой сидел. — Мы вывели всех нарнийцев из замка.
— Хорошо. — Кивнул Питер согласно, слегка успокоившись, что девочки в безопасности. — Мы знаем, кто на нас напал?
Каспиан обошел стол кругом и тяжело вздохнул.
— Фиаллэ, — доложил Эд. — Крепкие, сильные, в основном мужчины. Мы с ними под Анвардом, — он запнулся, пытаясь подобрать мягкое слово, — столкнулись.
— Кто бы это ни был, они подождут. — Заявил Каспиан. — Сьюзен подготовила все к похоронам.
Одними губами Питер спросил у младшего брата, кого собрались хоронить, и точно так же ему ответил Эдмунд.
Нарнийцы отправились домой вдоль притоков Беруны. Лотриан, отправленный королевой Тиарет в качестве помощника и командующего армией эльфов, долго уговаривал Верховного короля Питера вернуться с ним в Валинор, оперируя тем, что от его раны не останется и следа, что его там подлечат. Питер же решил сначала наведаться в Нарнию и помочь своему народу, даже если сердце его осталось в южной стране.
Они разошлись у Фонарной рощи: нарнийская армия во главе с королями отправилась в замок Мираза, эльфы и тельмарины ушли в бескрайний лес. Через два дня тихого хода они, наконец, добрались до тельмаринского замка, возведенного еще Каспианом Завоевателем.
Их встретила Люси и еще несколько подданных, когда Сьюзен не появилась даже просто поприветствовать братьев. Младшая Певенси тут же подлетела к старшему брату и крепко его обняла, заставив хрипло простонать.
— Ты ранен! — Воскликнула в ужасе девушка. — Я принесу эликсир. — Люси уже было кинулась бежать в замок, когда Питер остановил ее, потянув за руку.
— А где Сьюзен? — поинтересовался мимоходом Каспиан.
— Она почти не выходила сегодня из кабинета, — ответила девушка, посмотрев с надеждой на Питера. — Может у тебя получится заставить ее хотя бы поесть.
Питер закатил глаза, без продолжения поняв, что произошло с его сестрой. Сьюзен всегда хотела казаться логичной, пыталась объяснить головой свои чувства, но каждый раз, когда она не могла дать объяснение чему-либо, винила себя. И сейчас, Питер прекрасно знал, что Сьюзен избегала всех не просто так.
Он тихо приоткрыл дверь в кабинет, Сьюзен, как и ожидалось, обложилась книгами и картами, пытаясь в краткие сроки вложить в свою голову военное дело. Она не заметила, как вошел Питер, пока тот не провел рукой по тяжеленному фолианту, издав шаркающий звук.
— Ты меня напугал, — выдохнула судорожно девушка, оторвавшись от изучения плана Кэр-Паравела. — Нам повезло, что у них имеются копии карт здесь.
— Да, повезло. — Питер уселся на край стола, чуть поморщившись. Каждый раз он забывал о том, что рана довольно свежа и может причинять некоторые неудобства.
— О Господи! Ты ранен! — Воскликнула Сьюзен в ужасе, заставив старшего брата засмеяться. — Что?
— Вы с Люси реагируете одинаково, — ответил Верховный король. Он тяжко вздохнул, перед тем, как сказать, — Мне очень жаль, но ты должна понимать, что это не твоя вина.
Сьюзен недовольно посмотрела на брата.
— А чья? — раздраженно спросила девушка. — Каспиан поручил мне защищать Лилиандиль и Рилиана, а я не смогла.
— Сью, люди умирают толпами. Никто от этого не застрахован. — Серьезно заговорил Питер, не спуская глаз с сестры. — Ты спасла стольких людей, и хочешь сказать, что это зря?
— Я не говорю, что это было зря! — Сорвалась девушка, а глаза ее стали мокрыми, голос дрожал. — Я говорю лишь о том, что я не справилась. Я всегда думала, что могу защитить всех.
Питер осторожно слез со стола, подошел к сестре и обнял ее.
— Невозможно защитить всех, — ласково поглаживая Великодушную королеву по волосам, приговаривал Питер, — мы теряли многих бойцов в разных войнах, мы чуть не потеряли Эдмунда. — Он немного подумал и добавил. — Даже Аслан умирал.
— Это другое. — Всхлипнула девушка.
— Нет, Сью, это смерть, она ничем не отличается. — Питер посмотрел в мокрые глаза своей сестры. — Рано или поздно она заберет и нас, неважно в этом мире или в другом. Просто придет наше время, как пришло время Лилиандиль.
Сьюзен молчала.
Она не могла найти слов, чтобы поспорить с братом, и в глубине души понимала, что он прав. Питер, стоящий перед ней, больше не был тем мальчишкой, что рвался быть первым везде и во всем, нахальным и немного надменным. Он превратился во взрослого мужчину с крепким стрежнем внутри и небывалой мудростью, присущей только истинным королям. Он был прав, и это на памяти Сьюзен был один из тех редких моментов, когда она была согласна с братом.
Девушка крепко обняла Питера.
— Я рада, что ты здесь, — проговорила она.
После обеда состоялась церемония захоронения. Тело умершей королевы поместили в черный ящик, опоясанный лентами из цветов. Она пролежала в ожидании захоронения достаточное количество времени, потому крышка была закрыта, чтобы народ не пугался, а в памяти остался образ юной и прекрасной девы. Ящик ожидал на повозке перед воротами замка короля Каспиана. Он вышел с короной на голове, как и подобает, одетый в черные одежды, а лицо отражало скорбь, как и у всех присутствующих. Спустившись от парадного входа, Каспиан с болью на душе поцеловал крышку гроба, после чего возглавил процессию.
Шестеро крепких воинов несли улицами тельмаринского города ящик, а люди, выстроившиеся вдоль стен своих жилищ, кидали цветы, тем самым отдавая дань памяти королеве, что стала сердцем этой страны.
Лилиандиль принесли в королевскую усыпальницу на окраине города, где захоронены были целые поколения, и возложили ее рядом с отцом Каспиана. Он остался внутри чуть дольше положенного и позволил слезам пролиться, чего не делал с самого получения горькой вести.
В тот день не звучали песни, лишь горький плач был слышен из разных домов, когда Каспиан в одиночестве возвращался в замок. Небо было чистым, но звезды сияли тускло, в память о погибшей сестре.
Вернувшись в замок, Каспиан направился в комнату к своему сыну. Лилиандиль приходила к нему каждый день, а теперь, когда ее не стало, Каспиан думал, что он наверняка спрашивает, где мама. Приоткрыв дверь, король замер.
В комнате горела масляная лампа, Рилиан спал крепким сном, а около его кровати, держа в руках книгу сказок, дремала Сьюзен. Каспиан раскрыл дверь сильнее, издав тихий скрип, из-за чего Сьюзен подскочила на ноги и выставила на него острие ножа.
— Тихо-тихо, это всего лишь я, — король мягко улыбнулся, выставив руки вперед.
Сьюзен почувствовала себя крайне неловко. Она еще раз глянула на Каспиана, дабы убедиться, что это действительно он, а затем на Рилиана. Мальчик не шелохнулся.
— Прости, я думала, это кто-то другой. — Прошептала в ответ девушка, опустив нож.
— Ты выглядишь уставшей, — заметил Каспиан, — иди, поспи.
Сьюзен еще раз оглянулась на Рилиана. С тех самых пор, как Лилиандиль покинула их, она проводит все время либо в кабинете, в попытках придумать план по возвращению Кэр-Паравела, либо в комнате маленького дофина. Рилиан уже почти перестал спрашивать о маме, а если спрашивал, Сьюзен старалась отвлечь ребенка от этого вопроса. Ей не хотелось лгать, но и ломать детскую психику было не лучшим решением.
Королева Великодушная согласно кивнула, устало потерев лоб, и ушла, оставив Каспиана наедине со спящим сыном.
Комментарий к К4. Г6. Прощание
Честно признаюсь, я фанфик-то начала писать из-за нескольких сцен, что были в моей голове. И это одна из них, когда Каспиан видит Сьюзен и Рилиана.