Гурбан кинулся к Ксю:
— Очнись, детка! — Он хлестнул ее по лицу, и Дану потребовалось еще больше усилий, чтобы не потерять над девушкой контроль. Все же нити, которыми он ее опутал, начали рваться одна за другой, все быстрее и быстрее!..
Еще миг, и…
«Прошу…»
До Стены рукой подать.
«Даю разрешение на открытие шлюза».
Створки ворот медленно поползли в стороны. Заработали со Стены пулеметы, отсекая зомбаков, с удвоенной расторопностью хлынувших к шлюзу и амфибии. Тут и там взрывались снаряды, в небо взмывали огненные столбы, выжигая проплешины в тучах крыльев.
И надо бы убедиться, что Тихонов не сканирует больше сознания тех, кто в амфибии, но сил у Данилы больше не осталось, все нити лопнули одновременно.
Ксю ожила, оттолкнула от себя Гурбана и резко сбавила скорость.
— Даня, брат, что с тобой?! — засуетился Ашот.
Фаза вогнал в автомат сдвоенный изолентой рожок.
С оружием на плече Мариша сидела в своем кресле ближе к корме, рядом с Митричем, и мотала головой, будто пыталась выбросить из нее что-то там застрявшее.
Дан провел ладонью по губам, стирая кровь. Он даже не заметил, как амфибия миновала ворота шлюза, как толстенные стальные створки закрылись позади, отрезав переходник от Территорий.
И все же десятка два зомбаков сумели прорваться в шлюз. Их сейчас нещадно уничтожали мужчины в ОЗК, вооруженные автоматами и огнеметами. Пока шла зачистка, команде амфибии Гурбан велел не высовываться, чтобы не зацепили — мол, у него уже есть опыт прохождения подобной процедуры. Данила спорить не стал, он же вместе с Ашотом, Маришей и Маркусом в прошлый раз попал в Москву по воздуху.
— Вот только не знаю, как вас, со слизнями на макушках, в острог пустят, — засомневался командир чистильщиков.
Очнувшийся Фаза ему поддакнул — в прошлый раз их осмотрели с головы до ног.
Ребятки в ОЗК еще добивали зомбаков, а к амфибии уже спешили молодчики в форме СБО.
— Что-то они раньше времени явились… — Ксю обернулась к Дану — мол, ты бы их проверил.
И Дан, хоть ему и было очень, ну просто очень нехорошо, сунулся в сеть. Но на подступах к эсбэошникам его отсекли, не дали заглянуть в их сознание. И означать это могло лишь одно…
— Это ловушка! — Данила потянулся за пистолетом, полученным от Равиля еще в Спасской башне. — Ксю, жми!
Вот только куда тут жать?!
С одной стороны — запертые ворота, за которыми Территории и орды голодных зомбаков всех мастей и видов. С двух других — стены шлюза с пулеметами и стрелками наверху. Остаются только ворота, ведущие в острог, но и они заперты, никто ведь не спешил открыть их для вновь прибывших.
— Живыми взять хотят! — Митрич сменил магазин.
Как вариант, подумал Дан, иначе бы уже изрешетили амфибию. Что ж, если сеть недоступна, надо общаться по старинке — есть еще шанс, что просто сбой какой-то.
Он открыл дверь амфибии и высунулся наружу:
— Я Данила Сташев! Со мной Павел Сташев! Нас ждет советник Тихонов! Нам нужно сопровождение до Спасской башни!
Эсбэошники как по команде вскинули автоматы. Дана буквально дернули обратно, дверь резко захлопнулась — это Гурбан расстарался.
Загрохотали выстрелы, пули рикошетили от амфибии, отскакивали от стекол в салоне — те были бронированными, спасибо питерским диверсантам, которые модернизировали обычный прогулочный катер под нужды военного времени.
— Я ж говорил: пока зачистка, соваться наружу нельзя!
Почему-то замешкались пулеметчики шлюза — то ли ждали приказа от руководства, то ли не стреляли из опасения зацепить парней в ОЗК и эсбэошников, то ли просто не хотели вмешиваться в дела службы безопасности. Так или иначе, они дали Ксю секунды три форы, и блондинка с толком и пользой воспользовалась этим временем. Она кинула амфибию вперед — и вынесла ворота, ведущие в острог. Они похлипче были тех, что защищали шлюз от порождений Территорий.
Вслед стреляли, конечно, но амфибия уже мчала по Москве. Основную массу снега на улицах собрали в огромные сугробы, так что дороги оказались более-менее расчищены.
Вот только в транспорт на воздушной подушке не прицелился лишь ленивый. По крайней мере, создавалось такое впечатление. Те стрелки, кого Данила видел, были в основном молодыми девушками и парнями, что родились после Псидемии, — вот кого Братство охотно вербует в свои ряды. Они выскакивали из подворотен, выставляли стволы из подъездов, долбили из окон домов, мимо которых проезжала амфибия. На самом-то деле, как понимал Дан, братьев было не так уж много, но создавалось впечатление, будто вся Москва ополчилась на тех, кто привез ей освобождение от паразитов.