Усталость давила на глаза от чего я незаметно для себя задремала.
Будильник прорвался сквозь сон, заставляя проснутся. Сегодня мне предстояло пройти собеседование в редакции и возможно если я им понравлюсь они возьмут меня. Я знала, что Кайли не могла поспособствовать этому. От нее ничего не зависело. Я шла чисто на удачу.
На занятиях в университете мне было не до книги, так как вели занятие строгие учителя и они требовали внимания к своей персоне. Роксана же за пол дня молчавшая решила снова прицепится ко мне.
— Не дождусь, когда тебя отчислят! — бросила ядовито она, — Уж неприятно на тебя смотреть, Нэнси.
— На тебя тоже знаешь ли! — бросила я сквозь зубы.
Меня просто раздражали эти воображули, которые накачав свои губы лезли не в свое дело. Какое ей дело до меня? Живешь никого не трогаешь, а тут раз и все зацикливаются только на тебе. Их просто раздражает твое присутствие и всего. На вопрос почему? Не совсем есть ясный ответ, но есть одно, но. Такие люди часто завидуют нам и боятся, что мы можем преуспеть их, но некоторые считают нас глупыми и не на что не способными и думают, что общение с нами им просто приносит неудачу и неприятное общение.
Но любой человек может засиять подобно звезде.
В нем могут все сомневаться, не верить в его успех, но он может по правде и стать тем, кем мечтал. Ведь он отчаянно верил в свою светлую мечту, когда находился в самое темное время своей жизни. И он действительно должен засиять, несмотря ни на что.
Роксана злобно посмотрела на меня. Она не решалась подойти ко мне. Я видела, как она хотела кинуться на меня, но боялась. Пускай только попробует.
— Кем ты себя возомнила? — спросила она, кривя дутые губы.
— Ни кем, — просто ответила я.
— Слышишь ты! — прокричала она, крепко стиснув мои волосы, за которые она успела ухватится, — Не воображай из себя крутышку! Ты здесь никто поняла?!
— Я не собираюсь никого слушать! — ответила я, за что получила сильную пощечину.
Кожа на щеке жутко стала гореть от удара. Я прижала к воспаленной коже ладонь.
— А сейчас поняла?
— Да, — едва слышно ответила я, — Поняла.
Ударив меня по голове, Роксана ушла.
Я ухватилась за ударенную голову. За что люди ненавидят меня? За то, что я просто ни с кем не общаюсь? Что я просто такая необщительная личность? Но разве человек не в праве быть таким каким хочет? Почему он должен быть как все?
Когда пары закончились, я была вне себя от счастья. Предстояла работа, а потом я должна была идти на собеседование, куда возможно меня возьмут. Как бы я хотела, чтобы меня туда взяли!
Когда я пришла в кафе, то там уже мне позвонила Кайли.
— Я скинула тебе адрес куда надо приходить. — произнесла она, — Там надо быть к пяти.
— К пять? — повторила я, смотря на часы на стене, — Хорошо, тогда я сейчас отпрошусь и приду.
— Поторопись.
— Марта! — обратилась я к девушке разыскав ее в глубине кафе, — Мне нужно отпросится.
— Куда? — безразлично спросила она.
— На собеседование. Мне к пяти надо быть там, — протараторила я.
— Ты от нас уходишь?! — воскликнула Марта, смотря на меня во все глаза.
— Пока не знаю.
Марта как-то недоверчиво посмотрела на меня. Хочу про себя я только и повторяла, чтобы меня туда взяли. Я больше не хотела быть здесь.
— Хорошо. — кивнула она.
Оставалось только полчаса на то, чтобы можно было туда добраться. Хоть это было и не далеко, но ходила я очень медленно. За, что отец часто шутил надо мной.
Нэнси-тихоходка.
Мне так и казалось, что это выражение произносилось в моей голове голосом отца.
Я бежала по осеним улицам Квинса. Часто спотыкалась и едва удавалось удержаться на ногах, чтобы не упасть в грязь. Прохожие сторонились меня считая за ненормальную. Но если бы они знали, как это было важно для меня. Возможно они бы поняли.
У редакции меня встретил высокий парень с темными волосами и зелеными напоминавшему на светлую зелень глазами. Он встревожено смотрел по сторонам и казалось совсем не замечал меня.
— Извините, вы не скажите, как мне попасть в редакцию?
— Ты Нэнси? — спросил он.
Я кивнула.
— Идем за мной.
Покорившись, я пошла через какой-то потайной вход. Вдоль по коридорам валялись стопками журналы, перевязанные веревкой, выпуски газет и какие-то книги. В самом помещении суетились люди. Много людей. Все были заняты делами. Это был какой-то другой мир, совсем не такой в каком работала я.