Я изучала каждую статью про творческий кризис и узнала, что им страдают почти все творческие люди и не только. Но меня это нисколько не успокаивало, так как он мог держаться неизвестное количество времени, а это совсем мне не нужно.
Как бы я хотела, чтобы со мной рядом кто-нибудь был, кто мог меня поддержать, быть рядом, давать мне вдохновение, которого так не хватает, но этого человека не существует, его просто нет. И Шон совсем не тот человек, нет той вспышки, что должна возникнуть между двумя одинокими сердцами. Ему совсем не интересны мои увлечения, он ненавидит книги и все, что с ними связано, но если он не любит искусство, то и меня он тоже не сможет любить. Ему будет не интересно, что я делаю, что мне нравится и какую книгу я прочла… Мы не будем счастливы вместе.
Я каждый день видела, что он заходил в сеть, но он даже ни разу мне не написал. Я видела, что он часто добавлял в друзья все новых и новых девушек. В этот момент мое сердце оборвалось, и я поняла, что он просто собирает и коллекционирует их. Часто в его вкусе были девушки почти модельной внешности, ухоженные и модные. Как ужасно. У него совсем нет понятия истинной любви! Он ищет только красивую и богатую, но не как не настоящего человека, с котором тебе будет легко, с кем можно открыто обсудить то, что тебя волнует и кто может поддержать тебя. Я покачала головой и отложив телефон легла на кровать. По моим щекам потекли слезы. Мне казалось, что меня просто растоптали, посмеялись надо мной и моими чувствами. Стало невыносимо больно, словно по сердцу резали тупым ножом, долго и мучительно, чтобы дать тебе как можно больше боли…мучительной боли.
Я не знаю сколько времени я пролежала так. Мне было лень шевелится, руки и все тело болело. Я молча смотрела в потолок, всхлипывая и глотая соленые слезы, которые горячими струями стекали от щек к шее.
Зачем я себе жалею? Зачем я пытаюсь вызвать жалость к себе?
Вытерев руками слезы, я встала, пытаясь привести свои мысли в порядок. В зеркале я видела себя, слабую, потухшую, совсем не пытающуюся бороться за свое счастье. Никто не пожалеет меня. Бесполезно. Кому интересно, что, чувствуя я? А если я буду тонут в жалости к себе, это все равно мне не чем не поможет. Так я только буду для всех слабой и способной ни к чему. Так нельзя.
Достав ноутбук из стола, я принялась за рукопись, но она совершенно не шла. Ничего не получалось. Мученически положив голову на стол, я молча смотрела на белый лист, ноутбук понемногу начинал угасать. Я листала черновик, но в голову так и не пришла ни одна идея. Столько идей, но совершенно нет нужных слов, чтобы выразить их в текст.
Я стукнула кулаком по столу. Злость овладела моим разумом, она наполняла меня. Я злилась на себя, ненавидела.
— Бесполезная! — зло произнесла я, смотря на себя в зеркало, — Дура…идиотка…Просто бездарное существо!
Слезы снова овладевали мной. Я ненавидела свою слабость.
Путь к славе идет через слезы и пот. Трудишься из последних сил, плачешь, так как не получаешь ожидаемые результаты. Ненавидишь себя за то, что слишком завышаешь себя.
Мама вошла в комнату в тот момент, когда я плакала, крепко закрыв лицо руками.
— Почему ты плачешь? Что случилось?
Я не могла говорить, из горла вырвались лишь несвязные всхлипы.
— Я…у меня ничего не получается…— плакала я, — Я никогда не испытывала такого чувства! Я не понимаю, что со мной?
— Пройдет, Нэнси, пройдет, — заговорила мама, — Найдешь хорошую работу и все будет хорошо.
— При чем здесь работа?! — вскрикнула я, — Я говорю про писательство! Мне сейчас трудно и мне нужна поддержка…человеку одному очень трудно держаться, трудно достигать целей…
— А в этом ты и ничего не достигнешь, — грубо произнесла она, — Найдешь работу и забудешь писательство. Зачем это тебе? Зачем, Нэнси? Ты не сможешь заработать на этом ничего. Это пустая трата времени. Ну напишешь ты эту книгу, что ты будешь делать с ней?
— Ее издадут и у нас будут деньги! Мы начнем жить, как люди!
— Ее не издадут.
— Но почему ты так считаешь?! — меня охватила обида на нее.
— Потому, что. Никому твоя писанина не нужна. — строго ответила мама, — Мы из простых, земных людей. Мы зарабатывали на жизнь трудом, а не вот так, как рассчитываешь ты заработать.
— А я не хочу быть, как все. — Я хочу заработать творчеством, я хочу дарить радость, чтобы люди прочитав мою книгу чувствовали, что они не одни, что если верить себя, то можно много добиться.