Из любой ситуации есть выход. И все же не стоит злиться на себя, я тоже время зря не тратила. Я усердно работала. Много писала. И да хоть они и не были приняты издательством, но они были приняты читателями, что их читали и проходили этот путь вместе с главными героями. А это самое главное.
Бегу за псом, чувствуя себя, как когда-то в детстве, когда он был щенком, а я беззаботно бежала вдоль домов…
Но тогда…дома меня ждал отец…сейчас же на сердце была пустота.
Нет ни одного утешительного слова способного утешить боль человека, что потерял своего близкого. Совершенно нет. Боль можно лишь заглушить, но не убрать навсегда из сердца.
Пес чувствует мою боль и подняв морду заглядывает мне в глаза. Он до сих пор не знает куда мог деться его хозяин…
***
В последнее время с активом у меня в соцсетях было все плохо. Казалось, что все снова стало иметь черно-белые оттенки. Все, что бы я не делала не приносило мне никакой отдачи. Закутавшись в плед, я отвернулась к стене.
Ужас.
Что, если я действительно сама себя назвала писателем? Что, если я никто…
Слезы потекли по моим щекам. Сердце больно щемило. Мне совершенно не хотелось ничего делать, ни писать, ни выкладывать посты. Просто взять и все удалить и забыть, как сон. Начать все с нуля. Быть простым человеком, как все.
Я хочу быть обычным человеком, но я не могу им быть. Так как обычные люди не пишут книги, у них нет этого навязчивого желания, а у меня есть. Значит, я необычный человек?
Я стала зависима от них. Мне нравиться создавать истории, мне нравиться сам процесс. А не это ли главное, любить, то что делает тебя счастливым?
С грустью обновляю страницу с книгой, но ничего не меняется. У книги так и держится сто тысяч прочтений и никуда не сдвигается. Откладываю телефон и снова переворачиваюсь на бок. Настроения просто нет. Становиться противно от самой себя.
Навязчивые и глупые идеи. Я ни на что не способна…полная бездарность с большими амбициями.
Слышу, что в дверь кто-то звонит, для мамы еще рано, с работы она должна была вернуться только через час. Медленно сползаю с кровати и закутавшись в плед иду вниз.
— Нэнс, ты дома? — слышу голос Роуза за дверью от чего начинаю быстрее идти к двери. — Привет, — улыбается Роуз, перешагивая порог моего дома, как только я отворила ему дверь.
— Привет. — отвечаю я, поправляя непослушную прядку за ухо.
— Ну, так что придешь на вечеринку? — спрашивает он, — Отказ не принимается.
— Я и не собиралась отказываться, — усмехаюсь я.
Я знала, как это все было важно Роузу, также, как и мне, только у него все намного проще. Его уже все знают, а меня нет.
— Сегодня в восемь вечера на моем особняке. — напоминает Роуз и целует меня в губы.
— Да-да, — ты мне уже кучу раз об этом говорил.
— Ну, а вдруг ты забыла? — смеется он, ласково теряясь об мою щеку, — Печально выглядишь, что-то случилось?
— Нет. Все в порядке. — качаю головой, — Просто…немного нет актива на моем творчестве.
— Когда-нибудь, ты будешь говорить, что слишком много актива, — Роуз улыбается, заглядывая мне в глаза, — До вечера, Нэнси.
На работе у меня полнейший завал и немного натянутое отношение, словно меня нет. Словно какой-то начался кризис в моей жизни…снова. В университете, все тоже самое, только теперь Роксана больше ко мне не суется.
С одной стороны, я рада, что меня никто не трогает, но с одной стороны от этого ужасно грустно.
Вечером примеряю перед зеркалом синие платье, что надевала на вечеринку в феврале, делаю макияж и укладку. На улице уже начинает становиться тепло. Все везде начинает распускаться и цвести. Хоть в моей жизни и проходит черная нудная полоса, но все же внутри я чувствую, что цвету вместе с весной.
Приятная свежесть и тепло на улице, поднимают настроение. Хочется танцевать от счастья.
Чтобы в жизни не происходило, чтобы не менялось. Но, рядом всегда будут оставаться лишь те, кому мы действительно дороги.
***
Весь дом Роуза, светиться все возможными фонарями, играет музыка, куча народа бегает по его саду. Машины всевозможных моделей стоят вдоль забора. Все одеты по последней моде, обаятельные и известные. И все они кем-то являются. Продюсеры, рок-звезды, актеры…они не я.
Я печально жмусь у входа, где курят какие-то мужчины в элегантных костюмах. Тихо здороваюсь, на что они лишь едва заметно кивают. Официант разносит бокалы шампанского на серебряном подносе, снуя туда-сюда среди огромной и шумной толпы. Казалось бы, это совершенно не мое место.