— Как тебя не хватает, пап. — едва слышно произнесла я, открывая дверь.
На мое удивление мама, что-то готовила на кухне. Я безумно обрадовалась. По дому разносился запах блинов, пес бегал вокруг ног мамы и ждал свою порцию.
— Ты уже вернулась? — спросила она, не оборачиваясь.
— Да, — произнесла я, садясь за стол, — Еще один такой же день пройден.
Она придвинула мне тарелку блинов, чему я была благодарна. Неужели мама восстанавливается и снова станет такой же какой была? Я так устала видеть ее печальные глаза, странные фразы и бесконечную депрессию. Хотелось, чтобы все стало, как прежде, но так не станет, даже если мы и заживем лучше…папы все равно не будет рядом.
— Жутко проголодалась и решила испечь блинов. — сказала она, садясь за стол.
— Это было очень разумное решение, — улыбнулась я.
В этот вечер я почувствовала себя намного счастливее. А, что же нужно было для этого счастья? Пару вкусных блинчиков и спокойствие в доме.
После ужина, я лежала на кровати и снова продолжала думать о хобби, которое могло исцелить мою душу. Что могло помочь, чтобы обрести покой? Мой взгляд упал на книжную полку в углу.
Книги — это лекарства для души, а те, кто их пишет целители.
Интересно, каково быть одним из них? Исцелять тех, кто потерял себя?
Звон в ушах снова охватил меня.
Кажется, я близка к разгадке…
Но смогу ли я что-то написать, что действительно понравится читателям? Достав из стола ноутбук, которым я очень редко пользовалась лишь только для учебы. Отец тоже им иногда пользовался для работы. Это был его подарок мне на шестнадцатый день рождения.
Я долго смотрела на пустой, белый лист на котором могла родиться моя история, возможно, которая могла покорить чье-то сердце и душу…
— Не попробуешь не узнаешь, — вздохнула я.
Долгое время я пыталась определиться с планом истории, а затем вообще с ее названием.
Под конец я сдалась. Никакой я не писатель, раз ничего не могу придумать!
Мне хотелось закрыть ноутбук и убрать его на место, но тут мне пришла одна хорошая идея.
Ведь благодаря книги можно увековечить себя, ты пройдешь не бесследно, а оставишь за собой что-то, что возможно поможет кому-то найти себя…
Долго провозившись над первой, но очень волнительной главой я устало заснула, сложив руки на столе и положив на них уставшую голову.
За окном начинался новый день и теперь он не будет похож на все остальные.
Глава 3. Писатель
Глава 3. Писатель
Если не ты, то кто сможет?
Все тело изнывало от усталости, ведь я почти не отдыхала дома, лишь приходила чтобы чуть-чуть поспать, а дальше шла на учебу или работу, меня почти не было дома. Мне и не хотелось. Это был не мой дом. После смерти папы все стало каким-то чужим и не родным. Даже мама, жутко переменившаяся морально. Я уставала от ее нежелания что-либо делать, бесконечные вздохи и вопросы «а зачем это делать?» «кому это надо?», казалось я одна тянула все. Так и было по-настоящему. Жить на одном кофе было нереально, готовить порой я не успевала, а мама продолжала неподвижно сидеть, так словно ей совершенно ничего не хотелось ни есть и ни пить. Она приходила в кухню в тот момент, когда я начинала что-то готовить на скорою руку, когда не изнемогала от голода.
С трудом открыв глаза, я поняла, что заснула на столе во время написания первой главы. Руки жутко затекли долго, находясь на твердой поверхности, но из-за усталости и избытка сна я даже не заметила, как и на чем уснула. Утро не приносило мне радости, лишь только во сне я забывалась, уходя от жестокой реальности. Как же я хотела избавится от этого чувства, чтобы и днем чувствовать себя счастливой.
Заварив кофе, я села за обеденный стол сделала небольшой бутерброд из кусочка сыра и черствой булки. Сегодня домой мне предстояло вернуться только очень поздно. Сначала занятия в университете, а потом работа. Я вздохнула. И так каждый день. Университет, работа, дом. И ничего лишнего, что могло разбавить это трио. Но все же я нашла лекарство от уныния — книга, которую я напишу сама. Но, что я буду делать, когда напишу? Ведь для этого стоит найти читателей, отправить рукопись в издательство, а возможно просто спрятать в стол и забыть о ней. Забывать я точно не хочу.
Если я взялась за это, то значит нужно идти до конца.
Я кивнула сама себе. Сначала напишу, а затем уже буду думать, что делать с ней дальше.
Из спальни вышла мама. Мне снова стала тяжело и грустно на душе лишь от ее кислого и безразличного выражения лица. Человека, которого я любила раньше я перестала узнавать, она относилась ко мне безразлично словно я ей была чужая, разговаривала со мной пустой и недобро, словно я была всему этому виновница.