- Герман у тебя материалист. Поэтому он тебя не понимает… А любовь к природе не делает ювелира настоящим или ненастоящим… Такого понятия вообще нет. Либо у тебя есть камень энергии, и ты умеешь желать, либо – нет…
- Ален, ну ты же знаешь, что со мной не так…
- Я знаю… У твоих родителей был выбор, они сделали ставку на ювелирное дело… Ты об этом жалеешь?
- Иногда очень… Мне кажется, савантом я была бы счастливее…
- Может быть… Но ты ювелир… И умеешь желать ни хуже любого из нас! Ты же фантастически готовишь с помощью желаний! Никто из нас так не умеет! А ты научилась! Ну и кто здесь более настоящий ювелир? – Алена ткнула Илону в бок. Та от неожиданности дернулась и заулыбалась.
- Ну вот! Так-то лучше! И не кисни! Я пойду, поднимусь… Скажу маме, что вы уже здесь… Не скучай.
Илона кивнула и откинулась на подушки. Дети по-прежнему спали, неизменно спокойные, тихие. Только сын Аксиньи вдруг немного заворочался и перевернулся набок.
Прошло несколько минут или чуть больше, когда с пляжа вернулись Кедр и Аксинья. Едва оказавшись в прохладе, Кедр испустил блаженный вздох и проворчал что-то про изнурительную жару, а затем быстро юркнул в гостиную, как поняла Илона, чтобы связаться с женой, спросить, «почему она так долго едет». Аксинья все это время стояла посреди кухни и размахивала своими волосами – они длинные были, ниже спины. Длиннее даже ее узкого платья. Видимо на солнце ей с ними сделалось жарковато. Она без конца закидывала пряди на бок и проводила ладонью по шее, а Илона гадала, от природы ли ее волосы были такие белые, или же все-таки крашеные. Параллельно Аксинья что-то говорила, но Илона не вслушивалась. До тех пор, пока Аксинья не перехватила ее взгляд.
Илона поспешила отвести глаза. Аксинья продолжала на нее смотреть. Молча. И как-то странно щурилась.
- А почему ты ничего не приготовила? – наконец спросила она.
- Что? – Илона изумленно моргнула.
- Ты умеешь готовить. А мы остались без обеда… Пока мы занимались бедной рыбкой, могла бы и приготовить что-то взамен…
- А… Ну да, да, конечно… Что же это я… - Илона покраснела и резво вскочила на ноги.
- Можно и не карпа, а что-нибудь поинтереснее… Карпы очень костлявые, я их не люблю… - сказала Аксинья, занимая место на диване.
- Да, конечно… Что ты хочешь?... Я умею готовить семгу, сибаса… Можно сделать креветок или кальмаров…
- А мясо белой акулы умеешь? Я как-то пробовала – безумно вкусно! Вот это было бы идеально…
Глава 2
Глава 2
Пока Аксинья лениво следила за Илоной, готовая вставить любую необходимую поправку в процесс, за окном будто бы мелькнула тень. К особняку Котовых со стороны пляжа подходили два человека. Они заметили девушек через стеклянные окна, но, чуть пригнувшись, прошли мимо веранды. Проигнорировали эти двое и парадный вход. Шли крадучись, держась тени и периодически оборачиваясь. Остановились они лишь в дальнем конце участка возле маленького, замызганного домика. Один из загадочных субъектов поднял руку и решительно постучал в дверь. Хлипкая с виду деревяшка не шелохнулась, зато отозвалась глухим звуком внутрь. Из глубины домика очень скоро послышались торопливые шаркающие шаги.
Господин Котов никогда не жалел, что не проделал в двери своего сарая глазок. Во-первых, данное удобство выглядело бы весьма подозрительно в глазах непосвященных. Для чего глазок в сарае? Чем таким здесь можно заниматься, чтобы возникла подобная необходимость? Во-вторых, он ему был и не нужен. Узнать, кто именно пришел, господин Котов мог и иначе. Заслышав стук, он подходил к двери, жмурился, и по прошествии нескольких секунд – вуаля! Деревянная поверхность делалась прозрачной! Открывался прекрасный вид на всех, кому вздумалось порадовать его визитом. В свою очередь, со стороны пришедших дверь совершенно не менялась.
Господин Котов очень гордился своей идеей. Ведь в искусстве желаний самое главное две вещи – умение и изобретательность. Если первое легко развивается многочисленными, а для кого-то и немногочисленными, тренировками, то второго добиться не так-то просто. Своим нестандартным мышлением господин Котов восхищался ужасно. Немногие ювелиры могли им похвастать. А он мог.
В одном из гостей, длинном и тощем парне, господин Котов узнал своего помощника – Лиама. Его, казалось, может сдуть при сильном ветре, настолько он выглядел тонким. Второй человек был очень загорелый, в подчеркнуто выглаженном белом костюме со шляпой. Если бы не седая борода, безукоризненно ровная, он бы сошел за ровесника Лиама. Отпирая засов, господин Котов силился припомнить, не собирался ли его помощник привести кого-то из своих знакомых, но ничего подобного в памяти не всплывало.