Когда чай был выпит, а пирожные съедены, Нейт, заговорщически подмигнув Эре и улыбнувшись, сообщил родителям:
— А у меня для вас сюрприз.
Сердце замерло у Южной Королевы, а Горандил весь подобрался, они почему-то вдвоём решили, что сын объявит о помолвке. Но вместо этого Нейт протянул руку над столом и над ладонью вспыхнул огонёк. Родители с удивлением переглянулись и вопросительно посмотрели на сына. Принц же, наслаждаясь полученным эффектом, сформировал огненный пульсар и погасил его, а потом протянул матери огненный цветок.
— Но, как? — удивлённо спросил Горандил. — Все говорили, что это невозможно. Что твою магию не пробудить.
Нейт лукаво улыбнулся:
— Это все благодаря сире Авил.
На вопросительные взгляды королевских особ Эра совершенно по-простому пожала плечами:
— Я почувствовала огненную магию в Нейте, ой, простите, в Его Высочестве… Я её позвала и она потянулась ко мне. Там было наложено какое-то проклятие или заклятие, но… свет всегда побеждает.
У Тинатин полились слёзы от радости за сына. Она знала, как он переживал, и чувствовал себя неполноценным магом из-за этого. Ведь похожие чувства испытывала и она сама.
— Позвали магию? — удивился Горандил.
— Да, — девушка почему-то зарделась. — Позвала… Это трудно объяснить…
Тинатин заметила, что сын тоже смутился, и очень удивилась.
Но время чая прошло, и Нейт с Эрой засобирались в положение своего отряда.
Когда ребята вышли из палатки королева посмотрела на мужа:
— Хорошая девушка, только вот в Нейта она не влюблена, Горандил.
— Простим ей эту маленькую слабость за то, что она помогла нашему сыну с магией. И кто знает, что будет в будущем, — многозначительно усмехнулся её муж.
Глава 26, в которой все возвращаются в лагерь
Ребятам обратно нужно было ехать несколько часов на лошадях. Дон, Сель и остальные остались в лагере, на Совет приехали Рей, Флом, Эра и Нейт. Рассветный принц не хотел попадаться на глаза отцу, справедливо опасаясь в очередной раз быть арестованным. Левато не прощал самовольства. Дон знал, что отец очень зол и на него и на Эру. И если Эре, как подданой другого королевства и уже не находящейся под его протекторатом, он мог мстить исподтишка, то с Доном разобрался бы прямо на совете.
Договорились встретиться в условленное время у стойл с лошадьми.
Флом успела повидаться с отцом, который был в свите Королевы Саны, поесть своих любимых пирожков от их повара. Герцог Дермис специально их привез для нее, наложив заклинание стазиса. Флом освободилась самая первая, и, напевая себе под нос весёлую песенку, стала ожидать друзей.
Нейт и Эра попили чай с пирожными у его родителей и тоже пришли вовремя.
А вот Рей опаздывал, но и забот у него было больше.
Закатный принц отдавал последние распоряжения перед своей отправкой к темнице Ашкархара, потом отправился переговорить с матерью. С Саной отношения ухудшились. Королева винила старшего сына в смерти Атара. Прямо она этого не говорила, но её постоянные намёки сводили Рея с ума, навязывая ему чувство вины.
Прощаясь с матерью, Рей произнёс:
— Мама, я могу не вернуться.
Ему всего лишь хотелось немного любви и ласки, но Королева холодно посмотрела на сына:
— Ну что же, это твой выбор.
Тут Закатный принц не выдержал:
— Почему ты меня не любишь? Из-за того, что у меня другой отец?
Рей был сыном от нелюбимого первого мужа Закатной Королевы, за которого ей пришлось выйти замуж по политическим причинам. Он был больше похож на своего отца, и совсем не похож на мать и братьев. Первый муж Саны умер, когда Рей только родился, и по дворцу ходили слухи, что не своей смертью. Королева особо не убивалась по супругу и довольно скоро выскочила замуж второй раз уже за приглянувшегося ей сира. Поэтому младших детей она любила больше Рея, и особенно злилась, что сильным магом с огненным даром родился только старший, нелюбимый сын.
— Не говори чушь, — поджав губы проговорила Сана.
Рей кивнул и вышел из шатра, так и не дождавшись хоть немного нежности от этой дорогой ему женщины.
Рей подошёл к ребятам последний. На него страшно было смотреть, такое отчаянное выражение лица у него было.
— Все в порядке? — тихо спросила Эра.
— В полном, — сквозь зубы процедил Рей.
Всю дорогу он ехал чуть позади и не участвуя в общем разговоре.
Вернулись в свой лагерь, когда уже стемнело. Часовые быстро пропустили в лагерь, узнав Рея. От долгой скачки у Эры разболелась спина, и она уже еле сидела на лошади. Наездником северянка была неважным.