Конде ничего не отвечает. Вместо этого он помогает натянуть плащ на плечи и застёгивает его.
— Ты хотела в полдень? — говорит он совершенно спокойно, даже не дрогнув голосом. Но глаза его выдают — они грустны и слегка покраснели. Я вздыхаю, кивая. — Тогда пора отправляться. Выйдем из замка и сразу же перенесёмся.
Вновь кивнув, я накидываю капюшон и прячу руки в карманы. Конде открывает дверь и пропускает меня вперёд. Теперь, когда я в тёплой одёжке, уже не так холодно и я спокойно выхожу из замка. Конде протягивает мне руку и я, даже не думая, беру его ладонь в свою. Он открывает портал, входя в него первым.
Уже знакомые ощущения. Меня будто стягивает в тугой узел, перекручивает и, сжимая в тоненькую полосочку, протягивает через тончайшее отверстие, поглощая в себя и отправляя «путешествовать» по узким дорожкам. Но я не боюсь, прекрасно зная, что в надёжных руках.
Всё заканчивается мгновение спустя. Конде отпускает меня и отходить чуть в сторону, а я, не удержавшись, падаю в сугроб. Сугроб?! Резко открыв глаза, которые почему-то оказались прикрытыми, я удивлённо смотрю на белоснежный лес. Сидеть попой на холодном снегу совершенно неприятно и я тут же вскакиваю на ноги, отряхивая мокрый снег.
— Я и забыла, что здесь зима, — я задумчиво оглядываюсь.
— Посмотри, — Конде подзывает меня к себе и я быстро подхожу. Он стоит у небольшого кустика, придерживая двумя пальцами тончайшую веточку. Сначала я не понимаю, что он мне пытается показать, но, приглядевшись внимательно, удивлённо вздыхаю. На тоненькой веточке зреет нежная почка.
— Но… как? — шепчу я, прикасаясь пальцем к пушистому кокону. — Вокруг зима!
— Не забывай, что зима навеяна проклятием, — говорит Конде, — а если зреют почки, значит с мира медленно сходит проклятие, оно ослабевает.
— Аслан! — доходит до меня. — Он обещал, что уберёт заклятие, наложенное на мир. Если то, что ты говоришь, правда, значит вскоре зима уйдёт и Нарния вновь станет радовать всех летними деньками.
— Я не знаю с чего бы вдруг зиме приходить, но безусловно рад, что она вскоре закончится.
— То есть?
— Зима пришла внезапно. Никто её не ждал и никто даже и не думал, что она когда-нибудь так сильно затянется. Уже три года. Такое в последний раз было только во времена Белой колдуньи. И что-то мне подсказывает, что кто-то, кому это было нужно, воспользовался заклятием Джадис и погрузил Нарнию в вечную зиму. Впрочем, надеюсь, у Аслана получится. Ты так в него веришь.
— А ты нет? — я удивлённо вскидываю брови.
— У меня нет бога, — просто отвечает Конде, пожимая плечами. Он резко встаёт и идёт к пещере, которая виднеется в нескольких метрах от нас. — Предлагаю развести костёр. Возможно, придётся ждать ни один час.
Проходит пару часов, за которые даже Конде успевает замёрзнуть и подсаживается ближе к костру, но сохраняя дистанцию между нами. Он ворчит на то, что моя подруга очень долго копается и что, возможно мы пришли сюда напрасно. Его проклятия продолжают сыпаться в сторону Леа, а мне остаётся лишь надеяться на то, что он не прав. Каждый шорох или странный громкий звук, похожий на рык дракона, заставляет вскочить на ноги, подбежать к выходу из пещеры и долго-долго вглядываться в белоснежные просторы Нарнии. Каждый раз, когда я подбегаю к выходу и не нахожу то, что жду, внутри меня гаснет маленькая частичка надежды. И она осталась внутри настолько крохотных размеров, что вскоре я просто плюну на всё и попрошу Конде вернуться. Этот момент не за горами.
— Может письмо ещё не дошло? — спрашивает Конде, вздрогнув от ледяного порыва ветра, когда я в очередной раз подошла к выходу и стала вглядываться вдаль. — Или она решила не приходить?
Я встряхиваю головой и возвращаюсь к костру, усевшись поближе и протянув заледенелые руки к пламени. Конде закатывает глаза и дует на огонь. Тот, ведомый магией, разгорается только сильнее. Щёки обжигает тепло и я жмурюсь.
— Ещё чуть-чуть, — прошу я брата, мысленно моля Леа прилететь. — Ещё немножечко.
Конде недовольно вздыхает, но кивает.
Полдень уже давно прошёл, а солнце медленно клонится к земле.
— Всё, надоело, — в итоге не выдерживает Конде и, подскочив на ноги, одним взмахом руки гасит костёр. — Мы ждали. Пошли.
Спорить уже бессмысленно. Кивнув, я встаю и, закутавшись в плащ сильнее, следую за Конде, который уже начинает делать портал, но… Громогласный рык, похожий на раскат грома, а также пролетевшая струя пламени, попавшая прямо в каменную пещеру заставляет нас резко вскинуть головы. Я радостно визжу, разглядев среди серых облаков огромный силуэт белоснежного дракона. Уголки губ «убегают» в стороны, образуя улыбку. Я с нетерпением наблюдаю за тем, как величественный ящер быстро пикирует на землю.
Вся посадка занимает всего минуту. Земля сотрясется от того, как тяжело приземляется Гатх на землю. Ворох снега разлетается в разные стороны, будто бы пугается огромного дракона. Уже не сдерживаясь, я ринулась к белому дракону, не чувствуя, как по щекам текут слёзы.
Гатх сверкнул на меня голубыми глазами и отодвинул крыло, покрытое белой чешуёй. Подбежав ближе, я резко замерла, наблюдая за тем, как со спины Гатха слезает девушка с белоснежными волосами, заплетёнными в такую знакомую замысловатую причёску.
Леа только слезла и начала разворачиваться, а я уже налетела на неё и, рыдая, обняла, чувствуя под своими руками тёплое тело, а около ухо сбитое дыхание.
— Ух, — раздалось откуда-то сбоку, а после на спину легли чужие руки, и сжали также крепко, как и я. — Ничего себе радость.
Голос Леа звучал саркастично, но мне было абсолютно плевать. Леа прилетела!
— Я думала ты не придёшь, — тихо шепчу я, пряча мокрые от слёз глаза на плече подруги. — Я не знала, получишь ли ты письмо…
— Ксения, — голос девушки звучит твёрдо и спустя всего пару секунд меня отрывают от себя, удерживая меня на расстоянии вытянутых рук. — Ты чего ревёшь? — такого я не ожидала и, шмыгнув носом, разрыдалась только сильнее. Почему я ревела, я и сама-то не знала. Просто внутри уже было переполнено и мне нужно было срочно выпустить весь негатив наружу. Кто же знал, что он выльется в слёзы? Меня вдруг встряхнули и сквозь пелену слёз, я увидела недовольный взгляд Леа. — Ксения, если не заткнёшься, я тебе врежу.
Это подействовало моментально. Вздрогнув, всхлипнув, я кивнула и, прикусив губу, заткнулась, как и просила подруга. Леа, удостоверившись, что я уже более-менее держу себя в руках, отпустила меня. Я же, воспользовавшись свободой, вновь прильнула к ней. Спасибо ей, что не оттолкнула, а похлопала по спине.
Прошло немного времени, прежде чем я наконец отлипла от неё и пришла в адекватное состояние. Теперь на очереди стоял Гатх. Подойдя к нему, я протянула руки к его морде и тот, закатив глаза, опустил голову, позволяя обнять свою длинную и величественную морду. Разрешил, правда, ненадолго, но и этого достаточно.
— Спасибо, что прилетели, — говорю я, совладав с голосом. — Мне нужна поддержка, как никогда.
— Прости, что поздно, — говорит Леа, улыбнувшись. — Дорога заняла чуть больше времени, чем хотелось бы.
— Главное, что ты прилетела.
— Я не могла не прилететь, — Леа качает головой. — В письме ты говорила мне, что у тебя есть новости. Я обещала вернуться, как только ты найдёшь способ.
— И я нашла, — маленькую заминку Леа не улавливает, а может быть просто не показывает виду, что заметила. Она кивает и собирается уже раскрыть рот, когда рядом со мной возникает Конде.
— Белоснежный дракон, — тянет он, смотря на Гатха оценивающим взглядом. — И как зовут этот экземпляр?
— Он не экземпляр, — рычит Леа. — Ксения, кто это?
— Он мой…
— …брат, — Конде тянет руку, вежливо поклонившись. — Меня зовут Конде, а вас, я так понимаю, та самая Леа, которую мы ждём не дождёмся вот уже несколько часов?
— Именно, — Леа продолжает хмуриться, но руку пожимает.
— Так как дракона зовут?
— Гатх, — недовольно бормочет она, не сводя напряжённого взгляда с Конде. — Ксения, ты должна будешь мне объяснить чертовски многое.