— Обещаю, — я киваю, наблюдая за тем, как Конде плавно подходит к дракону.
— Он не любит… — Леа затыкается, удивлённо смотря на то, как Гатх сначала оскаливается, а после вдруг падает на спину и начинает вилять хвостом, — …посторонних, — заканчивает она, находясь в шоке. — Что ты сделал?!
— Я — Жрец, — Конде пожимает плечами. — Я много трюков знаю, о которых ты, милочка, даже и не подозреваешь.
Леа зло смотрит сначала на него, а после на меня.
«Я его убью», произносит она одними губами. Я усмехаюсь.
— Жрец? — её вдруг привлекает кое-что более интересное. — Но… как? И он твой брат?
— Да, — я киваю, — вот так вот получилось. Леа, я расскажу всё в подробностях, но может всё-таки пойдём? Холодно уже.
— Пошли. Я так думаю, мы идём к королям?
— Нет, — я качаю головой. — Не туда.
— А куда?
— К одному нашему общему с Конде знакомому.
— Тебе чертовски много придётся мне разъяснить, — вздыхает Леа, кивая.
— Обещаю, но всё потом. Конде, ты сможешь перенести их?
— Девушку да, но не дракона. Ему придётся переходить черту.
— Черту? — не понимает Леа. — О чём он?
— Увидишь, — он усмехается. — Леа, на тебе есть какие-нибудь заклятия?
— Эм, нет?
— Тогда пройдёт и выйдет, если захочет.
— Да о чём он?
— Ты хотела видеть черту? — Конде внимательно смотрит на меня. — Вот сейчас и увидишь.
Когда мы оказываемся в нужном месте, я не нахожу ничего такого, что можно было бы назвать чертой. Мы стоим на огромном пустом пространстве, запорошенным снегом. Конде говорит нам с Леа, что это всё — лишь обман зрения. Он идёт вперёд, попросив нас остаться стоять на месте. Пройдя пару метров, он замирает и, смотря точно на нас, вытягивает руку вперёд. Воздух будто бы резко разряжается, и мы с Леа внезапно охватываем взглядом всколыхнувшийся воздух, который тонкой мутной плёнкой внезапно покрыл всё пространство, расчертив в длину. Теперь, когда еле видная магическая стена, похожая на воду, стоящую столбом, оказывается перед нашими глазами, можно заметить с другой стороны цветущую поляну Долины Тысячи Духов. Леа удивлённо вздыхает, а я делаю шаг, мечтая приблизится к этой магии, ощутить её.
— Не подходи, если боишься потерять Питера, — говорит Конде резко, останавливая меня рукой. — Помни: войдёшь туда и заклятие рассыплется.
— Я помню, — говорю я, дёргая плечами и скидывая руку Конде со своего плеча. Оказавшись свободна, я медленно подхожу к самому краю. Ещё шаг — и я на другой стороне. Но я не сделаю его, каков бы сильным ни был соблазн.
— Что это за штуковина? — спрашивает Леа, вставая рядом со мной.
— Черта, отделяющая один мир от другого, — тихо говорю я. — По ту сторону — Старый мир. Мы находимся в Новом.
— И что эта черта делает?
— Если на тебе наложено заклятие, она его стирает, но с условием, что ты навсегда останешься там, а если нет заклятия — то просто переходишь на другую сторону.
— То есть нам надо пройти? Ксения, тебе нельзя! Питер… — восклицает Леа, спохватившись.
— Она и не перейдёт, — вклинивается Конде. — Я перенесу её. Таким образом черта не воздействует на неё и не сможет стереть заклятие.
— А мне придётся перейти? — она недовольно вскидывает брови.
— Мы встретим тебя на другой стороне, — обещаю я ей, подходя к брату и беру его за руку. — Входи!
Леа передёргивает плечами и, посмотрев на Гатха, медленно входит внутрь. Проходит несколько мгновений, прежде чем я окончательно теряю её из виду. Действия Конде быстры и точны. Он разрывает пространство миров и входит в портал, втягивая меня за собой. Я шагаю следом, ощущая уже знакомые ощущения давления и тяжести.
Мы с Конде действительно оказываемся по другую сторону. Пару секунд — и вот мы стоим, наслаждаясь теплым солнцем и ярко-зелёной травой. В Старом мире погода больше не бушует, вернувшись в изначальное солнечное состояние.
Черта-барьер колыхается и вот уже видны очертания человека и огромного ящера. Леа выходит первая, морщась и дрожа, а Гатх только отряхивается и скалится, будто бы ворча.
— Никто не сказал, что там, как в ледяную воду! — возмущается Леа, подходя к нам. Дракон рычит, строя недовольную мордаху. Я улыбаюсь.
— Никто и не знал, — говорю я.
— И куда дальше? — спрашивает Леа, подходя к нам.
— В замок Кирана, — отвечает ей Конде и, развернувшись, идёт в противоположную сторону от черты.
— Кто такой Киран? — шепчет мне тихо Леа, когда Конде отходит на пару шагов от нас. Я пускаюсь в долгие объяснения, понимая, что это займёт уйму времени.
— Итак, — говорит Леа, когда мы все усаживаемся за стол, — я жду рассказа.
— Мы здесь, — я обвожу руками пространство вокруг себя, указывая на замок, — нашли, наконец, способ, как вернуть Вэна. Для этого нам с Конде придётся воспользоваться заклятием и отвязать моего дракона от Лорда и его воли.
— И что? — девушка сужает глаза. — Это поможет?
— Нет, — я отрицательно машу головой. — Это лишь ослабит его давление. Решение состоит в другом, — я резко затихаю, даже и не представляя, как отреагирует Леа на те слова, которые я собираюсь сказать.
— В чём?
— Мне придётся… — выговорить это действительно трудно и я ищу помощи у Конде. Тот вздыхает.
— Ксения примет метку, — говорит он совершенно спокойно. И лишь я вижу, как полыхают его глаза. — Но не факт, что получится, конечно.
Конде больше ничего не говорит, я также молчу, наблюдая за эмоциями на лице подруги. Тишина оглушает, но никто не пытается её нарушить. Что-то мне подсказывает, что, когда она спадёт, станет действительно тяжело. И я не ошибаюсь.
Проходит пятнадцать напряжённых минут, прежде чем Леа взрывается.
— КАКУЮ, К ЧЕРТЯМ, МЕТКУ?! — орёт она, подскакивает на ноги и упирается в столешницу руками. Глаза её горят по истине праведным гневом, она тяжело дышит. Воздух буквально искрится от гнева и злости, исходящих от неё. — КСЕНИЯ, ТЫ СДУРЕЛА?!
— Оставлю я вас одних, — Конде понимает, что запахло жаренным и быстро ретируется. Но ни я, ни Леа этого не замечаем. Леа смотрит на меня с гневом, а я с удивлением.
— Нет, — я отрицательно машу головой, — не сдурела. Леа, это единственная…
— ТЫ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, ЧТО С ТОБОЙ БУДЕТ?! — продолжает орать она, перебивая меня. — ТЫ В КУРСЕ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЕШЬ?!
— Да, — я тяжело вздыхаю и киваю. — Конде мне говорил, да и то, что ты рассказала имеет место быть.
— То есть ты, услышав мой рассказ и то, что сказал тебе брат, всё равно РЕШИЛАСЬ?! — на последнем слове она визжит, подлетая ко мне и останавливаясь в нескольких сантиметрах от меня. Её серые глаза горят, смотря на меня. Мне становится страшно и я отвожу взгляд.
— У меня нет выбора, Леа, — говорю я, смотря на свои скрещенные пальцы, — ты же сама сказала найти способ. Это единственный.
— Иной раз мне кажется, что ты настоящая дура, которая ничего не понимает и не слышит, идя напролом.
— Мне иногда тоже так кажется, — я слегка улыбаюсь.
— Ксения, ты отдаёшь себе отчёт в том, что после того, как на твоём предплечье окажется метка, ты потеряешь себя? — тихо говорит она. — Ты понимаешь, что с той самой минуты, когда переродишься, перестанешь существовать, как человек? Не будет больше тебя, а будет новая Ксения, не наша Ксения!
— Понимаю, — я киваю, закусывая губу. — И мне не хочется этого делать, но ради Вэна…
— А ради себя? — перебивает меня Леа. — Те же самые слова ты говорила о Питере, когда встал вопрос о его возвращении из мира мёртвых. Теперь ты то же самое говоришь о драконе. Ксения, это не жизни лишиться, это душу потерять!
— Питер и Вэнфролх — самые дорогие мне во всём мире! — возмущаюсь я. — Конечно же я сделаю всё, лишь бы не терять их!
— А ты представляешь, что будет с Питером? — пытается воззвать к моему разуму Леа, применяя самую тяжёлую артиллерию. — Что будет чувствовать он, когда увидит тебя, когда тебе будет на него совершенно наплевать? Как он сможет каждый раз смотреть на тебя и видеть только твою оболочку, но не тебя саму?