— Хорошо, — Ксения кивнула. — И как ты это поймёшь?
— Мне уже всё стало ясно, — голос стал мягким, будто бы кто-то сдерживал улыбку. — Вы слишком сильно держитесь друг за друга. Этого достаточно, чтобы пройти первое Испытание на Доверие. Вы можете пройти…
— Первое? — перебил её Питер. — Их будет несколько?
— Испытание должно проверить вас. Оно должно понять, что вы достойны получить Знание, которое сокрыто в нём.
— Хорошо, хорошо, — кивнула Ксения. — Как нам понять, что мы прошли Испытание и как понять Испытание ли это или нет?
— В этом и заключается главная загадка. Проходящий Испытание не знает, когда оно является именно тем, потому что если знаешь, то и ожидаешь. Никто не имеет права знать, когда Испытание решит себя показать. Можно лишь понять тогда, когда оно подойдёт к концу и будет виден результат.
— Мы должны ещё что-то знать? — на всякий случай спросил Певенси.
— Если вы проходите Испытание, то вам предоставится шанс передохнуть, прежде чем появится новое. Время ограничено, поэтому вам придётся научиться его отслеживать. Большего не скажу. Первое испытание пройдено — идите вперёд и, возможно, вам удастся пройти дальше.
И в этот же момент свет неожиданно начал проникать в сознание наших героев. Ксения увидела его не сразу. Сначала это был маленький огонёк, который разрастался и разрастался, пока не осветил всё помещение, в котором они находились. Ксения чётко увидела Питера, но вот источника голоса она так и не обнаружила, сколько бы ни пыталась.
Отойдя в сторону, Питер начал исследовать это помещение, пока не обнаружил небольшую, чуть меньше чем человеческий рост, дыру.
— Это единственное отверстие, — сказал он. — Придётся туда пролезть.
— Ты уверен, что это единственный выход? — сказать, что Ксения была не в восторге от идеи лезть в такую щёлочку, значит ничего не сказать. — Ты-то сам туда пролезешь?
— Вот сейчас и узнаем, — пожав плечами, ответил Питер, подходя к чёрной, зияющей дыре.
— А ты не боишься? Кто знает, что там…
— Для бесчувственной ты слишком пуглива, — как бы между прочим произнёс Питер и, лукаво стрельнув глазами в сторону девушки, нырнул внутрь. У Ксении слов для возражения не нашлось. Только войдя в эту пещеру, она начала ощущать странные колебания — давно позабывшиеся, но тем не менее такие родные и знакомые — походившие своим отражением в душе девушки на ранее испытываемые эмоции. В данном случае это был страх.
Пару секунд тишина, стоящая в тесном пространстве, где сейчас находилась Ксения, не нарушалась. А после она услышала голос Питера.
— Ты долго там стоять собралась? Ксения, ты нас задерживаешь!
Тряхнув головой, Ксения подошла к проходу и заглянула туда. С другого конца ярко светил огонёк, играющий на самой верхушке факела, а также были заметны пшеничные волосы Питера, сейчас больше похожие на яркие лучики солнца. Ксения скривилась, когда в голову пришло такое сравнение и, отбросив все сомнения, полезла к свету. Внутри прохода оказалось не так и узко, как представлялось ранее. Ксения могла свободно идти и только пару раз, если делала шаг в сторону, касалась плечами прохода. Как здесь было неудобно Питеру она и думать не хотела. Спустя пару минут нахождения в тесном пространстве, она выбралась и готова была возмутиться. Света здесь не было — зато темно было, хоть глаз выколи.
— Придётся держаться за руки, чтобы не потеряться, — благодаря факелу, который Питер держал в левой руке, всё было не так безнадёжно. Ксения кивнула и протянула руку. Прежде чем взять ладонь, Питер внимательно посмотрел ей в глаза. — Ты уверена в том, что мы делаем? Какой чёрт дёрнул тебя взять в напарники именно меня? Разве ты мне доверяешь?
Осознав, что пора вскрывать карты, Ксения поджала губы и убрала протянутую руку.
— Я долго думала над словами Аслана, — начала она, собравшись, — в том, что он мне говорил, мне казалось, совсем не было смысла. Но мне пришлось изменить своё решение после того, как я заглянула внутрь себя. В голове вдруг возникли твои слова и я поняла, что вы оба были правы. Мир не изменился после того, как я приняла метку, не изменились люди — лишь я и только я. Ты говорил, что не веришь в то, что я больше не та, кем являлась, какой ты меня знал. И я решила тебе поверить. Возможно, ты прав. И где-то глубоко внутри меня, под семью печатями и тремя замками, спрятана та бывшая я, какой ты видишь меня. Та я, которая любила тебя всей душой и которая доверяла тебе безоговорочно.
— Но? — всегда и везде присутствует это «но». И этот случай не стал исключением.
— Но я не ощущаю себя той, понимаешь? Я не могу сказать, что люблю тебя, но я знаю тебя. Я могу тебе доверять, потому что ты всё тот же Питер Певенси и прости, что не могу сказать, что я всё та же. Ты мой король, и я верю тебе даже сейчас.
— Но могу ли я верить тебе? — горькая усмешка.
— Где-то внутри я всё та же. Той мне ты доверял?
— Без сомнений.
— Попробуй довериться новой мне. От этого зависят наши жизни.
Они шли долго, держась близь друг друга, не отступая друг от друга ни на шаг. Факел, что Питер держал в одной руке, освещал своим светом лишь метр вокруг них, отчего было просто невозможно сделать ни шагу друг от друга — иначе сразу же во тьму. Понятное дело, что никто из двоих в темноту отступать вовсе не желал.
Ксении постоянно казалось, что вокруг неё, там, глубоко в темноте кто-то беспрестанно находился рядом, следил и ждал подходящего момента, когда можно было бы напасть. Темнота никогда не была ей приятна, а сейчас, будучи запертой в тесном пространстве в абсолютной тьме, ей и вовсе становилось плохо. Какой раз она уже ловила себя на мысли о том, что если бы не Питер, она бы не продвинулась ни на шаг вперёд.
— Как думаешь, какое первое Испытание? — нарушила она тишину, когда та стала совершенно невозможной.
— Дух сказал, что мы никогда не узнаем, пока в нём не окажемся, — и ответил, и в то же время нет, Питер. Подняв глаза вверх, Ксения натолкнулась на сосредоточенный взгляд голубых глаз. — В любом случае, нужно быть начеку. Вот уже как час я чувствую, что за нами ведётся слежка.
— Ты тоже? — получилось несколько громче, чем планировалось. Вздрогнув, Ксения схватила руку Питера и дёрнула того на себя, заставляя наклониться. — Ты тоже это чувствуешь, да? — тихо поинтересовалась она, опасливо оглядываясь.
— Ты же не думала, что мы здесь одни, да? — вопросом на вопрос ответил Питер.
— А может это и есть Первое Испытание? — поспешила поделиться своей догадкой девушка. Питер недовольно скривился. — Что?
— Не может всё быть таким простым, — пояснил он, — дух сказал, что…
— А вдруг он врал? — поспешила перебить Ксения.
— А если нет?
Ксении бы хотелось возразить и сказать бы что-то ещё против этого аргумента, но на ум ничего не пришло, и она, сжав губы в тонкую линию, поспешила отвернуться.
— Ладно, — вздохнула она через некоторое время, — пошли. Нечего тут спорить.
— Ого, — спустя пару секунд сказал Певенси. — Ого, — вновь повторил он.
— Что? — чем очень удивил свою спутницу.
— Ты не стала спорить, — пояснил он. — Решила избежать спора. Знаешь, — он сделал вид, что задумался, — а в новой тебе что-то полезное всё же есть.
Данное заявление очень разозлило Ксению и та, зло покачав головой, поспешила вперёд, из-за злости совершенно забывая о том, что темнота в их случае была по-настоящему губительна.
— Ксения! — до Питера только теперь дошло, какую глупость он сказал. Кинувшись за девушкой в ту сторону, в которую, предполагал он, убежала Ксения, Питер продолжал кричать её имя, натыкаясь на пустоту и абсолютную тишину.
Ксения опомнилась только тогда, когда тьма окружила её в полной мере. Опомнившись, девушка резко развернулась, натыкаясь на темноту. Испуг, такой неожиданный и сейчас ненужный, окутал её с головой, протягивая к ней свои цепкие, липкие сети. Ксения уже поняла, какую ошибку совершила, отдалившись от Питера и их спасительного света факела. Теперь же, оказавшись в полном одиночестве наедине со своими мыслями, девушка винила себя в своей вспышки злости, совершенно необоснованной. Питер же, думала она, не сказал ничего такого, отчего бы можно было расстроиться или на что нужно было б обижаться. Вот только было слишком неприятно понимать, что такая она ему нравилась намного больше, чем та, кем была раньше.