— Хочешь я спою колыбельную? — тихо спрашиваю я, погладив Чарли по лбу, между ушами. Чарли благодарно лизнул меня в руку и, удобно устроивши на земле голову, прикрыл глаза, навострив ушки.
— Засыпай, родной.
Закрывай ресницы.
За окном закат
Еле теплится.
Засыпай, родной.
Пусть тебе приснится,
То, во что
Уже и не верится*, — Чарли распахивает глаза. Голубой цвет становится насыщеннее. Внезапно он распахивает пасть и вываливает язык, свешивая его из пасти. Я смеюсь, хлопнув его по ушам. Похоже, только что Чарли пытался показать мне, что ему моя песня не пришлась по вкусу. — Слушай, дурачок.
Чарли зевает, взмахнув пушистым хвостом и накрыв им меня. Повернувшись на спину, я вновь вглядываюсь в ночное небо.
— Луч на подушке лунный
Как бритва тонок.
От одного дыханья
Мороз по коже.
Засыпай, волчонок!
Я усну позже, — протянув последнее слово, я смотрю на Чарли. Тот лежит с закрытыми глазами и глубоко дышит. Он уснул? — Хэй, не спи, это ещё не всё! — настроение почему-то скачками поднимается вверх. Чарли будучи волком такой милашка, что хочется его затискать. Но нельзя, потому что он может не так всё понять… Как, вот как объяснить ему, что мне действительно легче, когда он — такой, пусть и всё понимает. Неважно.
— Засыпай, родной,
Скоро будет утро.
Может все еще
Переменится…
Засыпай, родной!
Знаю, будет трудно.
Но рассвет придет,
Тьма рассеется, — Чарли приподнимает голову. Его глаза распахнуты в удивлении. Ну да, слова песни, возможно, дают надежду, но я молчу, продолжая смотреть на звёзды. Они такие восхитительно-прекрасные, не такие как… я не додумываю, потому что вдруг осознаю, что не помню, каковы звёзды в том мире, где я жила до Нарнии. Я знаю, что не отсюда, но и тот мир, что лишь призрачным напоминанием остался в мыслях, мне кажется совсем чужим.
— Ночь приподнимет скоро
Рассвета полог
От одного дыханья
Мороз по коже.
Засыпай, волчонок, — Чарли вздыхает и окончательно проваливается в сон, глубоко и размеренно дыша. Перед глазами пляшут звёзды какой-то только им известный танец. На выдохе я тихо произношу: — Я усну позже…
Я не знаю, что ждёт нас дальше, не представляю, где мы столкнёмся с Вэнфролхом или нам придётся вызволять его откуда-то. Но, несмотря на это, мне довольно спокойно, потому что рядом Чарли, который обязательно защитит.
Мой взгляд вновь обращается к звёздам и я мысленно молюсь кому-то свыше на то, чтобы он помог в достаточно трудном пути. Чтобы не дал мне сдаться на полпути, не позволил совершить ошибку.
Мне страшно даже подумать о том, что я ошибусь. Мне кажется, что если я сделаю что-то не так, вступлю не на ту тропу, всё покатится в тартарары. Я боюсь… боюсь всего, что только ждёт меня впереди. Вот уже несколько месяцев я в подвешенном состоянии и сколько оно будет длиться ещё? Есть ли та грань, которая переходит в спокойствие и счастье?
Иногда мне кажется, что не стоило было тогда соглашаться на уговоры Аслана помочь. Но я сразу же отвергаю эти мысли, потому что знаю, что Нарния не справится без своего защитника. Ей он нужен, как единственный способ выжить, восстать из пепла, вернуть былое величие. Но также я прекрасно понимаю, что не справлюсь сама, что мне нужны те, кто будут рядом. Мне вдруг вспоминается разговор с Аслоном у руин Кэр-Параваля. Что же он мне тогда сказал? Как бы я ни старалась — вспомнить мне так и не удалось.
Время летит быстро и уже вскоре я вижу, как прибывающая луна медленно катится за горизон, уступая яркому светилу место на огромном небе. Пора, кажется, будить Чарли.
Чувствуя, что засыпаю, я расталкиваю волка и тот тихо урчит, просыпаясь. Чмокнув его напоследок в мохнатую щёку, я прижимаюсь к тёплому боку и, вздохнув, уношусь в сон, где мне снится давно позабытый полёт и чувство единства.
Где-то ближе к полудню, меня будит Чарли, несильно тыкаясь мокрым холодным носом куда-то в заднюю часть шеи. Вздохнув, я раскрываю глаза и смотрю на припорошенную снегом землю и, вздохнув встаю. Чарли ненадолго отошёл от меня. Сейчас он катается по новому снежку с самым беззаботным выражением лица. Я не разделяю счастье Чарли, потому что меня уже доконала зима. Мне холодно, особенно теперь, когда единственный источник тепла — Чарли, а то, что на мне надето нельзя назвать чем-то согревающим. Хотя… практически такое же платье у меня было в начале моего путешествия по нарнийским землям. Только несколько отличий: цвет и комплект.
— Чарли, — устало тяну я, протягивая руки. Встав на лапы, оборотень отряхивается и подходит ко мне, позволяя прижаться к нему, зарывшись замёрзшими руками в тёплую белоснежную шубу. — Я так устала, — тяну я, вздохнув. — Как же я устала!
Чарли воет, будто отвечает мне и я, улыбаясь, чуть прикрываю глаза.
Чуть позже, когда костёр разведён и завтрак съеден нами обоими, мы выдвигаемся в путь. Чарли, как истинный джентльмен, предлагает мне помощь в этом нетрудном деле и я принимаю её. В ближайшие часы меня ждёт приятное времяпровождение на широкой тёплой спине Чарли.
Чарли торопливо переступает лапами по земле, с каждым прыжком ускоряясь всё быстрее и быстрее. Я цепляюсь за его шкуру, временами сверяясь с картой, потому что точка, которая является моим местоположением постоянно движется, я диктую волку куда надо свернуть или где стоит поторопиться.
— Давай, Чарли, давай! — шепчу я, поторапливая оборотня, сжимая его бока сильнее. — Совсем немного осталось, совсем!
Чарли огрызается, перепрыгивая через небольшое дерево и продолжая бежать. Ему, наверное, тяжело и он точно злиться от того, что я не могу сидеть молча. Но я действительно не могу, потому что с каждым шагом — я ближе к тому, по кому скучала так долго, кого бросила, испугавшись ответственности. Я шаг за шагом ближе к Вэнфролху!
— Сейчас налево, в щель между двумя скалами! — кричу я, вновь посмотрев на карту. Там чёрными магическими нитями вырисовывалась скала, между которой красовался узкий проход. Именно туда нам и нужно было!
Чарли издаёт звук, похожий на лай и резко сворачивает, да так, что меня чуть не сбрасывает с его спины. Я прижимаюсь к его спине, сильнее сжимая ноги на его боках. Хвост незамедлительно оповещает меня о том, что его хозяину такое пришлось не по душе. — Прости, — шепчу я, извиняюще поглаживая его по бокам. — Мне так не терпится!
Чарли трясёт головой, аки конь, а после вдруг внезапно прыгая вверх, на какой-то уступ. Он резко останавливается и недовольно взбрыкивает. Это служит мне сигналом, что дальше моё «величество», как иногда в такие моменты называл меня Чарли, должно топать дальше само. Я быстро слезаю и благодарно похлопав его по боку, смотрю на возвышающуюся скалу, стеной стоящую и ограждающую меня от ещё одного шага к цели.
— Тебе придётся перекинуться, — вдруг осеняет меня. — Ты не пролезешь!
Закатив глаза совершенно по-человечьи, Чарли рычит, требуя свою одежду, которая лежит у меня в сумке. Достав её, я бросаю её ему и, отвернувшись, иду обследовать скалу. Ничего примечательного, только посреди неё, прямо напротив меня, зияет щель шириной в довольно крупного взрослого широкоплечего мужчину. Я-то пролезу с лёгкостью, а вот Чарли, боюсь, застрянет.
— Готова? — рядом встаёт вполне человечный Чарли. Я, закусив губу, киваю.
— Не знаю, что меня ждёт, но я так долго к нему шла…
— Тогда чего тянуть, — усмехается он, подталкивая меня. — Леди вперёд.
— Ты такой джентльмен! — язвлю я и, слегка вздрогнув, вхожу в небольшой проход, стараясь не поддаваться панике. Всё же, на любой из случаев у меня всегда есть меч Питера, который даёт не хилую такую поддержку.
Мы с Чарли идём гуськом, друг за другом. Мне даже боком идти не нужно, а вот Чарли еле себя втискивает, но если бы он лез волком, вообще бы не вошёл. Сзади раздаётся недовольное пыхтение и мне остаётся лишь догадываться, что там с ним, потому что повернуть голову я не могу.
Где-то минут пятнадцать проходит с того момента, как мы вошли в эту щель. Когда же там выход?