Глава 23
Короткие лопасти сбивали густую воду и толкали лодку вперед. А что там будет - впереди? Миллионы звуков, мыслей, цветов? Миллиарды идей и вариантов? Враги и единомышленники и ожесточенные споры между ними? Одна пылкая речь или годы тяжелого труда? Смертоносная война или новый мировой порядок? Казнь или признание? Смех или страх? Я должна сказать или должна молчать? В чем моя вина и в чем мой долг? В чем цель? Ее фальшивая грандиозность терялась смешной каплей в океане вселенной... В океане вселенных...
Миры, которых не счесть, шли бесконечными параллельными спиралями снизу вверх, сверху вниз, слева направо или наоборот - каждый своим неважным темпом - каждый к своей важной цели. Будущее оставалось позади, прошлое ждало следующего шагу - конечная материя искала своего назначения. Муравьи не осознавали существования шестиполосного скоростного шоссе рядом с муравейником и суетились в своих грандиозных ежедневных планах. Люди не осознавали существования шестиполосной скоростной вселенной рядом с землей и суетились в своих грандиозных ежедневных планах. Что изменит одно важное осознание? Что изменит одно важное знание? Скупой страшный выбор вариантов предстанет перед муравьями, и каждый из них будет фатальным, кроме одного - продолжать жить так же, как и раньше, лишь изредка задумчиво поглядывая в сторону уже вполне заметного и очень громкого шоссе...
Я шагнула на твердую землю. Широкое шестиполосное шоссе отсекало меня от города. Я слышала, как скрипят и видела, как крутятся все колеса на нем. Ощущение пространства и времени намекали мне на то, что я - только сгусток энергии на доске координат. В несколько быстрых точных шагов я разминулась со всеми авто, и это оказалась не сложнее, чем игра в шашки, когда ты точно знаешь, где находится каждая фигура. Кажется, я была быстрее ветра, потому что он с опозданием обжег мое лицо... Еще через мгновение я спустилась вниз с высокого холма - и коснулась рукой дальних, ровно высаженных домов. Еще мгновение - и они стояли великанами по обе стороны от меня. Люди сновали рядом, не замечая меня и, казалось, друг друга. Они были абсолютно счастливы в своем незнании. Я была каждым из них - слепленная из плоти и крови, из пыли и из золота, из божьего и из дьявольского, из космического и из земного, из материального и из невидимого... Я пересекала улицы и переходила мосты, я останавливалась посмотреть, как целуются влюбленные люди и как спят за окнами мягкие коты, как учатся держать ложку дети и держать слово - взрослые, как сжигают листья посреди парков и как заправляют солнечной энергией авто, как выбрасывают и подбирают ненужных животных, как рожают и убивают ненужных людей, как слушают радио в старых квартирах и как слушают космос на облезлых лавках, как плачут и улыбаются, как любят и ненавидят, как уходят из дома и всю жизнь ищут дом, как жаждут роскоши бедные и как избавляются от нее богатые, как спасают других и губят себя и как спасают себя и губят других...
Жизнь была такой, как и должна была быть - созданная людьми по их детальным чертежам. Знание было таким, как и должно было быть - добытое людьми по их подробным потребностям. Это была гармония хаоса! Это было счастье боли! Это был баланс несочетаемого! В этом был смысл бессмысленного... Если кто-то захочет, чтобы цветы в его саду расцвели быстрее, чем им положено, то лишь варварски разорвет незрелые бутоны... Я не трону их... Я люблю свой маленький неухоженный сад и кем-то другим, не мной, высаженные цветы в нем.
Глава 24
Девять улиц заброшенного города засыпало листьями и тишиной, а небо над ними - облаками и спокойствием. Знакомый металлический привкус оседал на губах, словно поцелуй старого друга. Стая больших собак смотрела на меня веселыми глазами и упиралась в ладони холодными носами. Первый мокрый снег стелил путь домой. Дорога замкнулась или завернула на новый круг... Неважно... Я согревала своим теплом ледяную кровать на втором этаже дома с идеально чистыми стеклами.
Они называли меня Эра. Хотя я хорошо помню, как мама целовала каждое утро обе щеки «своей маленькой Эмилии»...
Конец.
* * *