Мертвец глубоко вдохнув, пошёл на меня, по дороге сорвав цепь с потолка, наматывая её на свой здоровенный кулак. Саня был в отключке, пару раз начиная стонать и шевелиться, что конечно радовало, но мне помощи не добавляло. Убежать спасая себя, а его бросить здесь, мне не позволяла совесть. Сам потом от угрызений в могилу залезу. А этой твари только этого и надо, вон скалится своими жёлтыми зубами. Отчаяние накрывало тяжёлой могильной плитой. На место страха стала приходить злоба. Врёшь, не возьмёшь! Над головой просвистела цепь, подпевая моим мыслям. Тварь медленно и верно пошла в наступление. Надвигаясь неотвратимо, подобно грозовой туче, размеренно нанося удар за ударом. Я ещё мог уклоняться, но давалось это с каждым разом всё труднее и труднее, и я уже успел порядочно запыхаться. Цепь очередной раз просвистела близко, непростительно близко, я буквально почувствовал её холод и порыв ветра щекой.
Но это был удачный момент, враг сократил расстояние и получилось ударить в ответ по руке, попав в плечо. Рука что секунду назад сжимала цепь, теперь обвисла безвольной плетью. Я уж было обрадовался маленькой победе, но слишком рано расслабился. Подскочив рывком, монстр оказался со мной вплотную, и схватил своей стальной хваткой за шею. Я попытался вырваться, но не получилось. Ударил ломом по голове: это не возымело эффекта. Сам того не желая, я выронил своё оружие и вцепился в холодные пальцы, в бесплодных попытках их разжать. Взор затуманился, вдохнуть не получалось, было уже понятно, что ещё чуть-чуть, и это будет конец. Пальцы становились ватными, не слушались, а я ещё чудом продолжал бороться, не потеряв при этом сознание.
В дело вступил очнувшийся Бармен. Пошатываясь, Саня подобрался к мертвецу и всадил в спину какой-то предмет, мне было не видно, что именно, но главное - это подействовало. Хватка ослабла, я повалился на пол, судорожно вдыхая воздух и дико кашляя. Тварь как током прошибло. Саня перешёл в наступление, нанося удар за ударом кривым и загнутым ножом. Этот клинок творил чудеса, он сделал то, что не выходило у нас двоих, а именно - нанести серьёзный урон нежити. После четвёртого удара тварь упала на колени, зажимая здоровенную рану на животе, из которой сочилась чёрная, словно чернила, кровь. С гулким стоном, который отразился эхом от стен и разнёсся по всему пространству, мертвец обратился в тлеющий прах и развеялся, как по ветру.
- Живой? – спросил Бармен, протягивая мне руку.
- Вроде, да, - прохрипел я ему, потом с помощью товарища встал и стал отряхивать штаны. Говорить было трудно, горло сильно болело и першило. Как никак только что, чуть было не отправился на тот свет не самым приятным образом.
- Пошли скорее, мы почти пришли, - он двинулся вперёд. – Смотри в оба, возможно тут такой не один.
Я лишь кивнул в ответ, говорить было мучительно. Да и что сказать, если подобный выродок не один, то ещё раз нарвёмся и всё, поминай как звали. Аж мурашки по телу от таких мыслей побежали. Мы оба потрёпанные, пошатываясь побрели дальше, вскоре наткнувшись на то, что искали во тьме. В мрачном свете разбросанных повсюду дотлевающих углей стоял горн, находившийся на открытом пространстве. Круглый в основании, имевший куполообразный верх. С полукруглым отверстием печи, из которого исходило сильное багряное сияние. Мы подходили ближе, затравленно озираясь по сторонам, в обступившей нас тьме не могли ничего толком рассмотреть, кроме всё тех же вкраплений в трещинах, только сгущающих тьму. Да и мерное раскачивание цепей не давало всмотреться в даль. Тени пока что затаились, но плач из дальних углов не прекращался ни на минуту, продолжая давить на мозги.
- Сейчас будь готов чтобы дать стрекача, - сказал Саня, аккуратно, почти что на цыпочках, приближаясь к зеву горна. – Проклятые стражи не дремлют и набросятся на нас, стоит нам забрать то, что покоится здесь. Та тварь - одна из них. У нас не хватит серебрянного оружия, чтобы их всех победить.