Отмечаю для себя два момента: первый, я только что убил другого человека. Осознание этого накатывало как-то нехотя и медленно. Ну убил и убил, либо ты, либо тебя, наверное, так это происходит? От этого стало как-то паскудно на душе. Что это за жизнь-то? И второй: не время сейчас заниматься самокопанием, пора уносить отсюда ноги. Пока не нагнали другие преследователи или не встретили случайные прохожие. Всё, хватит! Все терзания позже, главное выбраться из этой передряги. И я резво рванул от места схватки с одной лишь мыслью - спасти свою жизнь.
Начал приходить в себя только подбегая к своему дому. Дождь всё продолжал лить как из ведра. По дороге перехватил обрезок трубы, так чтобы не бросался в глаза, на всякий случай. Надо было выкинуть, но вдруг знают где я живу, тогда лучше иметь козырь в руках, особенно если они добрались сюда раньше меня. Жил я в панельной пятиэтажке под номером шесть на улице Райхцера (один из великих князей, героически погиб в Диком противостоянии, но своей смертью добыл победу, герой событий случившихся 800 лет назад) в крайнем подъезде. Пусть дверь ведущая в подъезд и была железной, но домофона не было, всё завтраками кормили, но деньги на установку исправно трясли. Забежал и поднялся на третий этаж. Здесь хоть и было грязно, но всё же лучше, чем в некоторых других местах, район не из самых плохих. Правда, как подсказывает опыт, был бы домофон, было бы ещё лучше. Быстро отперев дверь, заскочил в квартиру, захлопнул, после чего запер на все замки. Стёк по стене на пол, закрыв лицо руками. Вот теперь накатило, я был на волоске от гибели. В этой ситуации не так сильно зацепила смерть другого человека, как возможно собственная кончина.
Скинул с себя мокрую одежду, которую решил заодно закинуть в старую стиральную машинку. Выложил из рюкзака, благо тот был влагоустойчивый, заветную книжку из-за которой весь этот сыр-бор произошёл. Решил для начала принять душ, а затем засесть за прочтение дальше, надо её скорее дочитывать. Возможно, получу нужный ответ на свой вопрос. Заодно настрочил СМС Игорю с предупреждением.
Спустя два часа чтения отложил книгу и побрёл на кухню навести себе чаю и обмозговать только что прочитанное. Доктор изложил часть своих умозаключений достаточно запутанно. Но основное, что он донёс в своих записях, было про то, что отклонения мира, которые находят отражение в психике, создают закон в современной или, как было написано новейшей магии. Он приводил несколько примеров и принципов, правда, странных и необычных, насколько может быть ненормальным поиск дара в безумии мира. Одним из таких принципов была безумная одержимость чем-либо. И второй принцип, который мог показаться нелогичным: возводить эти действия в абсолют, придавая им совершенно мистические значения, слепо веря в их силу и значимость. Дальше приводился пример его пациента, которого он окрестил «кожевником», этот пациент как раз и свёл Раевски с ума. Он черпал силу в истязаниях собственной плоти, но при этом, по уверению доктора, мог творить чудеса. Самое парадоксальное, вело кожевника совершенствование тела и каждый надрез на теле был ритуальным, приближающим кожевника к совершенству. Хотя намёки делались и на другие учения, более привычные в плане чего-то магического, но везде фигурировали безумная одержимость и слепая вера. Возможно, дело в самовнушении и в том, что без веры в то, что ты делаешь. В противном случае это становилось невозможным и более того, смертельно опасным. Я, конечно, всё понимаю, но как это могло помочь мне сейчас - это раз. Два, даже если это правда и чокнутый доктор не врал, и не заблуждался, то для меня это ничего не значит. Начало было многообещающим, а итог: оставаться в здравом рассудке намного лучше. Пусть это глоток свежего воздуха в колдовской науке, способности эти были далеко не врождёнными или пришедшими свыше, или с иной стороны, как считалось это ранее. Они возникали внутри человека, от его одержимости и безумия. Это меняло картину мира, что являло собой потенциально новый виток развития. Ключ к этому развитию у меня на столе. Не хотелось, чтобы он попал в нехорошие руки, слишком важную и специфичную информацию он несёт.
Возможно, стоит передать книгу властям, сказать, что случайно нашёл или просто сжечь её. Что касается денег - не последние три тысячи в моей жизни. Но этим господам книгу я точно не отдам, из принципа. Хотя они могут и скорее всего попытаются забрать её силой.