Мы подходили к нужному нам месту, за горой из обломков, где недавно происходил наш бой, находилось оно. Это я понял, по тому, что оттуда раздавались выкрики, и по голосу это был Всеслав. А ещё стоял едкий запах дыма и хор голосов. Казалось они ему вторили. По нам выстрелили из нескольких стволов. Пришлось залечь за укрытием из битых плит.
- В общем, так, - Сколопендра внимательно нас осмотрела, – я поддерживаю щиты, пока не добегаем до стрелков. А дальше сеем хаос, разруху и боль.
Последнее она выделила особенно. Никто не возражал. Лучше предложить я не мог. Конечно варианты, как провести тоньше, могли возникнуть, но время работало не в нашу пользу. Действуем в лоб, главное убрать Всеслава.
- Тогда на счёт три. Страж с Химиком поливайте их огнём, неважно прижмите к земле или убейте, второе желательней, - она посмотрела на нас, мы молча кивнули в ответ.
- Понеслась душа в рай! – улыбнулся Апостол. В ответ Джексон ехидно хихикнул и облизнул пересохшие губы, уже опять теряя свой человеческий вид.
- Раз, два, - Вика считала медленно, проговаривая каждую цифру, и вместе с тем, как она её произносила, замирало сердце, – три!
Мы побежали, сломя голову, при этом пытаясь не сломать себе ноги. По таким камням это сделать сложно, а наткнуться на огрызок арматуры, не различимый в темноте - проще простого. Выстрелы врагов выдали их: щит выставленный Викой выдержал, и их заряды отлетали яркими жёлтыми вспышками. Я начал палить в ответ, отправляя заряды смерти раз за разом. Но казалось, будто бы они пропадали в таких же щитах, Химик бил точно так же, на выстреле так пятом что-то с громким хрустом щёлкнуло, и послышалось раненное завывание. Ага, значит все-таки пробил. Это хорошо. Мы уже сблизились. Скоро начнётся стрельба в упор. Враг уже был на расстоянии трёх метров, когда я всаживал в него остатки обоймы. Какой-то дед, раскрыв широко глаза и устремив взгляд в небо, держался за прострелянный живот и испускал последний вздох.
- Прости, - пробегая мимо него и посмотрев ему в глаза, сказал я, – либо ты, либо тебя.
Зачем я это сказал? И почему эта фраза заела, подобно пластинке в моей голове? Возможно, чтобы заткнуть свою совесть, что сейчас ворочалась внутри меня. Ощущения, как будто бы я добровольно погрузился в помои. И вроде дело делаю нужное, по крайней мере, как мне объяснили, и надеюсь, не соврали. Ну ладно, раз ввязался, то и ныть нечего. Сделаем дело и гульну на те деньги, что получу. Главное - дожить.
Перезарядил. Чуть замедлил бег, выискивая цель. Искать не то, что не пришлось, стреляй не хочу. Я уставился на то, что происходило. И тут действительно было, на что посмотреть.
- Когда они успели это сделать? – спросил удивлённый Джексон, при этом по-звериному втягивая носом воздух.
- Без понятия, волчара, - ответил Апостол, – тут дело не только жаренным пахнет. Ты понимаешь, что ввиду всего должен будешь побольше.
- Да, мне ещё должны будут, - Джексон всё не отрываясь, смотрел на открывшуюся картину, и уже срывался на рык, – кое-что объяснить. Естественно, свои. А именно, почему мной попытались закрыть такую жопу, не предупредив.
Его аж прорвало на мат. Я был просто удивлён. Как-то я не совсем понимал, что именно так поразило. Все остальные просто лицезрели картину. Странную конечно, хотя я не профи, чтобы выносить вердикты.
В свете десятков факелов столпились люди. В центре образовавшегося круга стоял Всеслав у какого-то камня, выкрикивая слова. Всё это находилось на большой, ровной и круглой площадке, сделанной всё из тех же осколков. Эту площадку делили ровно на три части рвы, где стояла тёмная вода, в которой сейчас отражаясь, играло пламя. И вся она сходилась к центру, как раз к этому самому камню. Местами на поверхности встречались узоры, что были сильно похожи на северные руны. В дальнем от нас углу стояли большие, обтянутые кожей барабаны, в них сейчас били здоровенными палками, от чего в округе стоял просто неимоверный грохот.
Сверху, откуда мы сейчас смотрели, они были похожи на большой узор, что сплетался в одно длинное слово, которое было зацикленным. Что именно выкрикивал мужчина, было непонятно. Но судя по тому, как бледнел Джексон, ничего хорошего нам это не сулило. Под крики и завывания толпы, к кругу потянули двух связанных людей. По виду каких-то бродяг. Вдруг барабаны перешли на другой ритм, повторяя биение сердца, и постепенно ускоряясь, сердце, казалось, ускорялось вместе с ним. Камыш и небольшие деревца, что росли вокруг, начали шелестеть и качаться от усиливающегося ветра. Он буквально прижимал их к земле. Становилось не по себе и без бури, которая вот-вот должна была разразиться.