- Давай заделаем тебя сейчас, - зашёл Костя, неся в руках какую-то коробочку и принялся осматривать мои повреждения. – Да, не слабо, точно отдыхать не останешься?
- Не, я до конца, - ответил ему, хотя остаться хотелось, но я был твёрд. – Так что, что сможем сделать, то делаем сейчас.
- Хорошо, - он посыпал раны каким-то порошком и принялся перевязывать. – Короче, сейчас обмотаем, сделаем укол. И всё, на этом пока что ничего большего.
- Ну хоть так, - я вздрогнул от боли, когда нога оказалась перетянута, кровь немного пропитывала бинт, но дело было сделано.
- Ты смотри, если будет хуже, - он начинал обрабатывать раны на руках, – то говори сразу. Они могли заразу занести. Если прозеваем, то будет очень хреново. Сейчас вколю болеутоляющее.
- Насколько хреново? – решил я уточнить, тем временем охотник уже вкалывал мне в ногу укол.
- Вплоть до твоей кончины. Оборотень выживет, колдунам похуже, но могут вытянуть, - он вздохнул и глянул мне в глаза, – у них к таким делам иммунитет сильный. А нам с тобой только один выход. Но я-то привит и под боевыми стимуляторами. А вот ты другое дело.
- Я-то за себя и не сомневался, - пробормотал Джексон и с волнением глянул на меня.
- А я, как всегда, через жопу. Впрочем, поборемся ещё.
- Ну можно и так сказать, - ухмыльнулся Костя. – А ты молодец. Я честно не ожидал подобного от человека, отличный потенциал.
- Ага, он просто мастерский боец, - подтвердил Джексон, – давно ему об этом говорю.
- Очень, мы же вечность знакомы, - я покосился на него.
- У-у-у, бухтежник, - ответил неунывающий оборотень. – Но и правда я это говорил.
- Ладно, через сколько будем выдвигаться? - спросил и на этом моменте вопрос оборвали выстрелы.
- Да кто там ещё? Одевайся быстрее и выходи, - сказали мои товарищи, выбегая из уборной на звуки стрельбы.
- Какого лешего?
Через короткое время уже выбегал в залитое кровью помещение, свето-музыку мы отключили, оставшись при обычном освещении. Мои компаньоны столпились около окон, правда старались не высовываться. Я проверил, заряжен ли дробовик и двинул к ним. Так же осторожно, стараясь не маячить. Петрович сейчас стоял и задумчиво потирал красный нос. За окнами было какое-то движение возле того здания, из которого мы вышли. Едва я мелькнул в окне, как раздался выстрел, над ухом просвистело, пришлось упасть на колени и уже подползать.
- Отступники вернулись, - прошептал Апостол, – может они здесь где-то и были. Неважно, Петрович успел их заметить. Если бы не он, неизвестно, как всё было бы.
- Да чего уж, - махнул тот рукой, – весь вопрос: а что теперь? Мы не выстоим, звать подмогу надо.
- Не придут, - прошептал Костя.
- Именно, а если придут, то лучше нам умереть, - прошептал Апостол. – Слишком много вопросов будет. Это на крайний случай.
- Долбануть может чем по ним? – шепнул Кощей. – По мощнее чем-нибудь?
- Они учуят отголоски и ринутся в лобовую, - сказал Апостол.
- А как будто есть выбор? – поддержал я идею. – Нам в осаду играть ещё интереснее, до утра самого. Ещё и охоту продолжать.
- Я тоже за, - кивнул Костя, которому собственно заканчивать последнее было необходимо.
- И я, я на время смогу прикрыть всех, - Петрович стоял задумчивый, – но потом от меня помощи никакой не будет. Однако фору на подготовку смогу дать.
- Да не тяни кота за яйца! – поторопил Джексон Лёху. – Мы либо отобьём их штурм и ударим заклинанием, либо нам конец. Давай же!
- А, ладно. Давай, Коля, начинай, - кивнул Апостол после недолгих размышлений и выглядывания в окно. – Выбор и правда не велик. Попробую твои чары прикрыть, чтобы они дольше разбирались, что к чему.
- Замётано, - Кощей присел на пол. Апостол сел неподалёку в позе медитации.
- Так, ладно, - я смотрел в окно, прицелился, выстрелил на движение. – Я создаю вид деятельности.
Ко мне присоединился охотник. По нам стреляли в ответ, но тоже никуда не торопясь. Джексон оставался не у дел. Петрович готовился отразить следующий натиск. Мы успели сделать ещё пару выстрелов перед тем, как Кощей начал широко разводить руками и делать ими пассы. Это продолжалось до тех пор, пока я не стал замечать бледно-голубое свечение меж его пальцев, которое всё усиливалось, теперь его ладони оставляли шлейф света в воздухе, призрачно-холодные разводы сплетались в непонятный диковинный узор. Он образовывал пульсирующую окружность со сферой по центру и вязью неизвестных мне крючковатых символов.
- Сейчас начнётся, - сказал Апостол открывая , – больше скрыть не смогу. Петрович, ты готов?
- Ещё как готов, - кивнул он, закрывая глаза и прислушиваясь, а затем нащупал провод ведущий от розетки. – Теперь точно готов.