- Какое предложение? - выдохнул я, на интуитивном уровне чувствуя, что от этого разговора будет многое зависеть.
- Небольшая работёнка, как раз посмотрю, можно ли тебе доверять. Да не волнуйся, просто подстрахуешь, если что, помашешь кулаками или ещё чем-нибудь, тебе же не в первой, - он подошёл ко мне ближе, протягивая руку. - Ну что, по рукам?
- Ага, по рукам, - ответил, пожимая широкую и жёсткую ладонь Апостола. Не верю в то, что говорю сейчас, но что-то подсказывало, что решение правильное. Возможно, это будет моим спасением, утром надо было меньше трубой махать и больше думать. Сейчас надо разузнать подробнее про нанимателей и другие подробности. Возможно, это и есть моя соломинка утопающего.
- Вот и хорошо, пошли тут недалеко.
Идти на самом деле оказалось немного дольше чем ожидалось. Пришли в итоге на задворки какого-то старого, заброшенного частного здания. Дорожка ведущая к нему была еле заметна, вокруг разрослись кущи сорняка, на земле валялся мусор, частью засыпанный листвой. Бледная побелка давно осыпалась, оставляя осыпавшийся раствор всем ветрам, стёкол в оконных рамах давно не было, да что говорить, не на всех окнах были рамы. Неудачно наступив на осколок кирпича, шикнул от боли. Апостол только поднёс палец к губам, мол: «не шуми» - кивнул ему в ответ. За время, что мы шли до места, он мне вкратце обрисовал ситуацию. Здесь собирались какие-то отбросы, которые спутали ему все карты. В каком деле он говорить не стал, думаю мне этого знать не надо. Единственное добавил, что они могут повести себя неадекватно, поэтому здесь нужен я для подстраховки. На вполне закономерный вопрос, с чего это вдруг он мне доверяет, ответ его был прост - он видит людей насквозь. Разубеждать его в этом я не стал. Сжимая в руках телескопическую дубинку, бережно прихваченную с собой из дома, я выжидал чего-то, а Апостол стоял, всматриваясь в выбитое окно. Я проследил за его взглядом, увидев едва заметное движение.
- Пошли, - прошептал он, делая шаг и махнул рукой.
Мы тихо, насколько это возможно, проникли в дом, кучи мусора валялись по углам, в воздухе завис запах пыли, табачного дыма и ещё какой-то непонятный запах. И тишина. Апостол двинулся к спуску в подвал, у самого провала притих, встал рядом и прислушался. Да, они в подвале, оттуда слышалось переругивание, кто-то смеялся и сквозь это был слышен чей-то сдавленный всхлип. Аккуратно ступая по ступеням, мы спустились в плохо освещённое свечами помещение, пол был засыпан мелким мусором, несколько ящиков было расставлено в разных местах, небольшой грубо сбитый стол, сделанный явно из поддонов. По центру стоял столб, упирающийся в потолок, у столба к нам спиной стояло три человека, они загородили обзор и не удавалось рассмотреть, что находится за ними. В комнате было ещё трое: один сидел на ящике, двое других уселись за небольшой стол, курили и над чем-то смеялись, возможно, они курили не табак, так как их поведение было не адекватное. В этот момент, один из стоявших в центре отошёл в сторону, открыв моему взору молодую, симпатичную девушку, привязанную к столбу. Во рту у неё был кляп, она дрожала и была напугана. Лицо Апостола перекосилось в гримасе ненависти, я ощутил её буквально кожей, как будто меня обдуло горячим воздухом. Он уже собрался рывком кинуться на ближайшего, но не успел. Стоявший ближе всего к пленнице схватил её за волосы, оттянул голову назад и приставил к шее нож.
- Тише, тише, Апостол, иначе я её порежу прямо сейчас, - голос ублюдка с ножом поражал своим спокойствием, он будто не говорил, а успокаивающе шептал. - Ты же ведь знаешь, одно движение и всё. Как вижу, ты привёл с собой нового друга.
- Сука, не тронь её! - Апостол сжал кулаки. - Аня, всё будет хорошо, я что-нибудь придумаю.
Девушка заплакала, кто-то из сидящих заржал гиеньим смехом. Сделав пару шагов вперед, я встал возле Апостола. День определённо не удался, мало было дневных приключений, так ещё да здравствуют ночные. Страх колыхнулся в груди и резко начал угасать, а в одном месте начало свербеть благородство, которое перерастало в ненависть к находившимся в этой комнате. Ненависть подавила страх, но осталось что-то ещё... Я остановил взор на девушке, глядя на неё меня будто бы меня прошивали насквозь электрические разряды. Да и бог с этими чувствами. Вопрос в том, что мы будем сейчас делать?
- Что ты можешь? - засмеялся всё тот же. - Ну же, вот он я, только ты метнёшься, я её раз и всё, - затем повернув голову ко мне, он обратился. - А ты что здесь забыл, потерялся?
Последнее слово он специально выделил, это вызвало ещё больший смех окружающих. Эти скоты чувствуют безнаказанность, то, что они её убьют, вопросов не вызывало. Что за фигня, почему нельзя просто вызвать полицию? Похоже нельзя, не успеют помочь, а может дело в другом? Но в чём? Стал бы я вызывать полицию после утренних событий? Нет. Возможно, здесь такая же ситуация? Вполне. Хотя полиция последние лет двадцать работала плохо, на столько плохо, что поговаривали страна доживает последние годы.