— Замечательный у тебя план! — ворчал оборотень, ощущая себя навьюченным осликом. — Моя гордость уничтожена! Но магией ты и вправду не воспользовался, что намного важнее.
— Проверь своими звериными глазами, всё ли мы забыли.
Эйван делал это уже несколько раз.
— Точно, всё забыли. Уходим.
Удивляла привычка магов пытаться оседлать всё опасное для них. Они посягнули на горделивых и излишне разумных едо-теней, которые не восприимчивы к магии и с лёгкостью могут загрызть всадников. У которых магия — единственное оружие. Френкерен пошёл ещё дальше, и резво уселся на оборотня, которого периодически накрывало приступами гнева, исходящими от владыки мира.
Маги — отбитые наглухо существа.
Френкерен, без сомнений, в общей массе себе подобных выделялся особым талантом находить неприятности и радоваться им. Неподалёку от костра он обнаружил необычный цветочек и осторожно выкопал его, чтобы посадить у себя. Цветок оказался злым и кусачим, да к тому же в плохом настроении, ведь растение уже впало в спячку до весны, а до него докопался какой-то странный тип и потащил по холоду, испуская запах бензина. Эйван краем уха улавливал клацанье маленьких челюстей злого цветка и просто, по-волчьи, безутешно вздыхал.
Но от мага исходило заразительное умиротворение, постепенно и Эйван проникся этим настроением и до дома добрел в добром расположении духа, не смотря на ноющую от тяжести спину.
Первым делом он обратился человеком, чтобы заняться ужином. Друзья снова решили есть на свежем воздухе: Эйван отправился за подготовленным с утра мясом и посудой, пока Френкерен возился с огнём без применения магии. Погода это позволяла.
Посуду с утра никто не мыл и даже не залил водой, отчего остатки каши намертво прилипли к тарелкам.
Ладно, тарелки есть ещё. И в погребе всякого интересного и горячительного осталось.
Сделав несколько больших глотков вина, довольный оборотень вышел из дому и обнаружил ещё одного гостя, которого не ждал, но невольно опасался встретить.
Она сидела рядом с магом, скрестив на груди руки, смотря в костёр.
— Наша скромная холостяцкая компания пришлась тебе по вкусу, госпожа?
— Я по делу, — отозвалась Аирен.
— А, ну хорошо, — протянул Эйван и присел напротив гостей. — Жаренную козу будешь? Едой больше не станешь разбрасываться?
— Не стану, — пробурчала Глава. — Еду буду.
Эйван покачал головой и взял на колени тазик с маринованными кусками мяса. Он неторопливо насаживал его на шампуры и задумчиво поглядывал то на Френкерена, то на крошку-альфу.
А иномирный друг с нескрываемым интересом рассматривал местную девушку, освещаемую языками пламени. Маги зачастую находили человеческих женщин красивыми, но очень редко опускались до того, чтобы с ними взаимодействовать. Исключения случались крайне редко. А для Френи, скорее всего, лицо Аирен казалось непривычным — если он не путешествовал и редко покидал свой храм. Человеческая женщина для него, как ни крути, диковинка.
Впрочем, Эйван тоже редко их встречал в своём лесу и двух близлежащих деревнях. Молодых дев там можно по пальцам одной руки пересчитать. Они осторожны и стараются поодиночке не ходить. Эйван к ним не приближался, чтобы не напугать.
Поэтому Аирен в темном лесу — аномальное, но очень привлекательное и хрупкое явление.
— Я решила. Ты достанешь мне человека.
Эйван почесал нос о рукав и попытался плечом поправить выбившиеся из причёски пряди.
— Почему я? У тебя много других подчинённых, но ты упорно пытаешься повесить грязную работу на меня. Из мести, я полагаю?
— Нет…
Эйван припомнил сегодняшний инцидент по пути с заправки.
— Голос в голове нашептал?
Глава промолчала.
Да, так и есть. Вот он, ход старика Гельзара. Он хотел наказать оборотня, который нарушает правила, изощрённым способом. Зная, что терять тому уже нечего, нашёл этот единственный способ, способный причинить массу неприятных ощущений.
— Я вынужден отказать в этой просьбе…
Голубые глаза с вертикальными зрачками превратились в зловещие щели.
— А это и не просьба, Эйван, — тихо прошипела Глава. — Я приказываю тебе!
Эйван покачал головой и продолжил накалывать мясо на шампур.
— Теряюсь в выражениях. Грубо, очень грубо с твоей стороны так поступать. У меня принципы и убеждения, которые я не хотел бы переступать. Поэтому — нет. Я знаю, что сейчас ты не можешь полноправно приказывать.