— Ну… если честно… — Тарра сняла очки и подула на них, — музей — он мне видится несколько интереснее и привлекательнее рек с лавой и жидким азотом.
Так же было понятно желание Вартарры отсидеться в стороне от активных событий по беготне, стрельбе и прочему шуму. Она была по основному профилю работником библиотеки, и не очень любила опасные для жизни приключения. А вот пессимизм золотого дракона тут был не к месту:
— Если ты не станешь его экспонатом, — пошутил спрыгивающий с балкона на первый этаж, хлопнув крыльями, Мамору — самый мускулистый и весёлый член Верви Залена.
— Да ладно тебе, сразу не ошкурят, — хмыкнул Асвер, невольно вспоминая земной анекдот про инквизиторов, поймавших очень красивую ведьму, — И потом — тоже сильно вряд ли. Им не экспонаты нужны, а знания, коих у живого куда больше, чем у мёртвого.
И в этом они являлись исключением среди нашаран… Так, во всяком случае, иногда казалось. Особенно после того, как в обеденный зал вошли ещё двое — или трое, если считать носимого на руках — но вошли уже не спускаясь со второго этажа, а выйдя из коридора первого, направляясь из прихожей. Процессию — или, точнее, конвой — возглавлял Октавий Кит — старик с залысиной и короткими бородой и бакенбардами. Мэр города Амаранта, спасённый Вервью Залена от радикальной ветви поклонников Тьмы, после ночи отдыха чувствовал себя во много раз лучше, к нему вернулась представительность, а подбородок заносчиво поднимался вверх. За ним лязгал человекоподобный громадный робот, сделанный в корпусе дарканской сервомоторной брони — Зален назвал это своё творение Кларк, по имени Кларка Брауна, космодесантника и попаданца на Харадол из книги Асдарезара Акраисвента "Живые Отражения". В толстенных ручищах он держал упиравшуюся гривастую чешуйчатую драконессу тёмно-серого цвета.
— Прекрасный день! — воскликнул Октавий с радостным сарказмом. — Если на меня не совершили покушение до завтрака, день чувствуется прожитым зря!
— Октавий, я тебе удивляюсь, — хмыкнул Асвер, — Градоначальник должность сама по себе не слишком спокойная, а уж такого крупного города, как Амарант — вдвойне, если не больше. Вообще, как говорил один мой знакомый, "Для нормального короля убийство — вполне естественная причина смерти".
— Я не пыталась! — драконица хлестнула хвостом и пнула задней лапой ходячие доспехи. — Этот человек в сговоре с темнистами-убийцами! Я же по аурам вашим вижу, что вы не такие, а его тень вы видели?
— Не суди о величии человека по тени, отбрасываемой им на восходе! — в ответ Октавий процитировал Пифагора, впрочем, никто из здесь присутствующих не знал, что это не только что выдуманная для того, чтобы отшутиться, острота.
Но шутки шутками, а ситуация вырисовывалась нехорошая. Темно-серая "гостья" просочилась сквозь охраняемый автоматикой периметр с неприятно удивляющей легкостью, и если бы не Кларк… в общем, дракончику от перспектив было несколько неуютно. Анна же явно собиралась заставить темно-серую ответить за сказанные слова. Пока драка двух самок, хоть и была по сути своей не самым часто встречающимся зрелищем, была не к месту и не ко времени. Потом — еще может быть, но до этого прекрасного момента требовалось сначала дожить..
— Подожди, Анна, — поднял правую лапу Асвер, — Давай сначала попробуем разобраться на словах. Итак… уважаемая, уж прости, не знаю по имени, давай сначала расскажи, ради чего ты полезла в охраняемое здание, заполненное вооруженными, опасными и с недосыпа злыми разумными? — дракончик отвел правое крыло и продемонстрировал подвешенный под ним карабин, затем похлопал лапой по ножнам с клинком, — Только лишь для того, чтобы ликвидировать обладателя несколько нестандартной тени с некоторыми отсутствующими у оригинала деталями? Да, мы видели его тень, причем не на восходе, а на закате, когда все черты гипертрофированно увеличиваются. Ну и что? Нам вместе делать дела, так что можно и потерпеть некоторые странности, на успех задуманного дела большого влияния пока не имеющие.
Несостоявшаяся головорезка выслушала длинный и пространный вопрос Асвера, наверняка воспользовавшись щедро отпущенным временем, чтобы получше продумать ответ, и сказала:
— Таламаров арестовали — и гачтаря этого города Таламру, и вообще всех, даже слуг. А Октавий был заодно с ними, я видела, как они обсуждали что-то неподалёку от своего дома. Явно он был с ними повязан!
— Не с ними, а ими, это большая разница! — Кит поднял палец. — Я бы мог высказать возмущение своим похитителям, но только я буду помудрее тебя и не стану напарываться на ещё большие неприятности, если уж угораздило в них вляпаться. Да и Таламары, хотя и сатанисты каких свет не видывал, тоже понимают, что без пыток я бы им сказал больше. Когда тебя колят крючьями, формулировать сложные политические статуты — дело нетривиальное!
— Слишком довольная у тебя рожа была в тот момент, двоедушец! — щёлкнула зубами самка.
— Ещё бы, они сами на себя выдавали столько компромата, что если б мне Господь не послал спасителей, — сделал Октавий пафосный жест в сторону хозяина дома и его друзей, — то я, сбежав, сам бы им воспользовался! Но обошлось и без труда с моей стороны. С Заленом… можно и залениться.
С первого взгляда все было вроде логично и даже складно. Но именно что с первого. Кто-то из присутствующих как минимум чего-то не договаривал. Со стороны серой "гостьи" вполне могло показаться, что Октавий Кит вежливо и культурно общается с представителями Таламаров, которые его на самом деле заманивают в плен. Ну, может, если его схватить, то он применит что-нибудь с массовым поражением, а то и само сработает, и потому нужно действовать аккуратно, хитростью и обманом. А можно было и со стороны Октавия посмотреть. Он действительно с ними в сговоре, но сейчас поворачивает обстоятельства так, чтобы казалось, будто он был в плену. Его тоже можно понять — если дело вскроется, то подвеска на крючьях вполне может показаться легкой иглоукалывательной терапией по сравнению с теми мерами, которыми подвергнут его опытные, хорошо оплачиваемые специалисты из башни Пламенных Когтей.
В общем, кто-то из них минимум не договаривал, причем очень сильно, а скорее всего — нагло врал в глаза. Вариантов привлечь к делу кого-то третьего тоже не было, ибо состояли эти "третьи" в основном в семье Таламаров или были их прислугой, а эту братию еще со вчерашнего вечера плотно трясли специалисты "Когтей". И перед Асвером стоял выбор. Или вслух заявить, что не умеет читать мысли, и передать дальнейшее ведение "дознания" Залену, или поучаствовать в столь увлекательном процессе. Чуть поразмыслив, дракончик решил, что свалить ответственность с шеи успеет всегда, а информация сейчас была просто жизненно важной.
— Зален, есть план. Нужно попытаться допросить их независимо, причем аккуратно, а потом сравнить полученные данные. Найдется, где посадить эту серую, и как прикрыть Октавию каналы доступа наружу? — телепатически связался с Заленом Асвер.
Зален не смог ответить сам телепатически, но с общим планом согласился и попросил вслух:
— Мамору, отведи Октавия в Библиотеку, пусть Асвер его порасспрашивает. Кларк, эту на второй этаж.
— Я вам не эта, меня зовут Сарея! — ныла потряхиваемая топающими доспехами девчушка. Октавий, вздохнув, покосился на придвинувшегося к нему Мамору:
— Я и сам пойду.
Ладно, Асверу не в первый раз вести допрос! Только с чего бы начать?
Глава двадцать четвёртая — Уговор дороже душ
— Да, Октавий, — вздохнул Асвер, постаравшись сделать тон умеренно доверительным, — Заварил ты еще ту кашу. Нет, я, конечно, понимаю, что градоначальник — должность публичная, а потому и опасная. Но чтобы за два дня по твою душу явились аж три группировки… Что ты на меня так смотришь, — отозвался Асвер на несколько недоуменный взгляд мэра славного и непонятно куда пропавшего города Амаранта, — Нашу команду я тоже учитываю. Сначала ты оказался в подземельях Таламаров — это раз. Затем мы по наводке Анны тебя оттуда вытащили — это два. А сегодня утром является эта серая, Сарея, с недвусмысленным желанием тебя убить. Вот что ты такого сделал, чтобы быть настолько популярным, причем в совершенно разных смыслах?