— И что ты сделала? — Эрна осматривала пространство вокруг себя, пытаясь найти границы защитного поля.
— Ионизировала воздух.
— Этот город знаком мне, — Ариадна зажгла свой нимб ярче, чтобы рассмотреть хоть что-то во мраке и копоти. — Только теперь он зол и искорёжен…
— Мало сказать так, — Анна смотрела печально на Амарант, город, вырастивший её. — Но у нас нет иного выбора и иной судьбы, чем вернуть его праведное величие. Идём к Собору — надо найти тех, кто остался за главного.
— И что они нам дадут? Что они сами знают? — Зален проверил, работает ли варет в условиях Ада. На карте дракон к своему удивлению заметил три «неучтённые» зелёные точки, за которыми гнались три красные. Выглянув за угол ещё чудом стоящего дома, он увидел женщину с двумя детьми на руках, что, спотыкаясь, бежала от трёх оскаленных и обросших уродов с боевыми косами, что злобно хохотали, стремясь порубить свои жертвы.
Выглянувший следом за зеленым драконом из-за угла пепельный дракончик недобро оскалился:
— Идите сюда, ребята, — Асвер вскинул карабин, взвел курок, прицелился — и выстрелил.
Мутант, что бежал первым и уже заносил для удара свое оружие, споткнулся, получив пулю в лоб. Тяжелая свинцовая пилюля, даром что была надрублена на глаз и на коленке, снесла страхолюдине половину черепа. Бежавшие следом подельники отреагировать на внезапную остановку вожака не успели и свалились в одну кучу из трех тел и трех остро заточенных кос.
Возможно, не стоило тратить патрон… но в памяти Асвера еще свежи были члены Совета, люди и драконы, облеченные властью и доверием простых разумных — и трусливо открещивающиеся от любой проблемы. Но они были далеко, а здешние нелюди — прямо тут, и на них накопившееся раздражение спустить было не в пример легче.
— Метко, — убедившись, что больше никого опасного поблизости нет, Эрна помахала остолбеневшим беглецам. Она решила, что выглядит куда миролюбивей острозубых драконов и точно не сойдёт за неразумное существо, как Ариадна
— Коммон, негь, дивка! Джен, иси, тук! Сюда, как вас ещё приманить… Мы не враги!
Анна и Ариадна даже не спрашивали у женщины разрешения, просто кинулимь наперерез, чтобы защитить её и детей от демонов. Но когда они обернулись к ним, встав в защитные стойки, то медленно расслабились, удивляясь. Не успели они добежать до спасаемой, а от врагов остались только трупы и оружие!
Зален, тем временем, снова нажал на пластинку варета, возвращая себя в обычную скорость восприятия, и тоже подошёл к людям. Положив детей на раскрошённую землю, женщина расплывалась в благодарностях.
— А Гриша, муж мой, он погиб ещё как город в Ад падал! И сосед наш, Митька, тоже! Дочку зарезали демоны, дядю Зефира расстреляли, капитана Алата расстреляли в машине из ружей, ночью. И даже монашек на горе убили, а монастырь сожгли, нет теперь монастыря.
— Что же вообще осталось от моего города?! — Анна всплеснула крыльями как боевая чайка.
— Мы сами выжили только Божией милостью, спрятавшись под таверной, где нас не ударило бы по голове завалами, и от голода мы не помирали долгое время…
— Впервые пули называют божьей милостью, — тихо сказал Зален Асверу, хотя уши его были повёрнуты ко спасённым:
— Но вот и у нас продукты кончились, мы решились выбраться… На той стороне города, где Собор, говорят, лучше, чем на этой! Октавий наверняка там, и Дебафов тоже. Туда я сейчас детей и веду.
— Нет Октавия на этом слое, — Асвер постарался удержаться от брезгливого выражения морды. Пусть градоначальник был предателем, но еще сильнее расстраивать людей, уже потерявших многих родственников и хороших знакомых, было не лучшей мыслью, — Еще утром он в Бабилиме был. А вот Дебафов куда-то пропал вместе с Амарантом. Может, он действительно в Соборе. Но очень уж интересно, кто же говорит, что на той стороне города лучше?
Напряжение в тоне голоса дракончика было совсем небольшим. Так, легкий вопрос, кто же растрепал столь интересную новость матери с двумя детьми. И где же этот болтун сейчас.
— Как насчёт того, чтобы найти его и лично поинтересоваться? — предположила Эрна. — У нас есть поговорка на этот случай. Не знаешь, как спросить — при помощи рта.
— Слышали от других выживших. Приходится мотаться по городу. Надеюсь, мост на ту сторону ещё целый… — женщина пробормотала уже тише, беря за руки детей и поведя их вдоль улицы.
— Как вас зовут? — Зален решил пометить новые зелёные точки на локаторе варета именами. Но мама приняла это за дружелюбие:
— Агапия, а детей Александр и Антоний. А вас?
— А меня — Кирлилейсон, — Зален вздрогнул от хриплого тонкого голоса, ведь других точек варет не показывал. А новое существо присутствовало: на карнизе третьего этажа сидела то ли большая облезлая птица, то ли тяжело вымутированный дракон. — Хотя большая ли разница, как нас зовут, если в качестве трупов мы станем безымянными? Вот, вы застрелили троих моих товарищей, и теперь ни вы, ни я, ни они не ответят, как их звали, в чём тогда смысл имени?
Урма вздрогнула и тут же приняла боевую стойку:
— Что ты не нападаешь, демон? — спросила она громогласным тоном.
Кирлилейсон посмотрел задумчиво на трупы своих товарищей:
— Что-то не хочется, куколка. К тому же здесь большие проблемы с похоронным бизнесом. Как бы мы и так под землёй…
Самка сделала выводы и развернулась к товарищам.
— Этот… господин… отнимает наше время, пойдёмте отсюда и доведём людей до безопасного места.
Появление нового участника разговора сбило Асвера с мысли о том, что неплохо было бы разжиться каким-нибудь транспортом. Танк, к сожалению, пришлось оставить в Бабилиме, хотя в этой местности крупнокалиберный пулемет, тяжелое колесное шасси и вместительное десантное отделение, которое можно еще и трофеями наполнить, было бы очень кстати.
Пока Урма заговаривала зубы мутанту, а Зален и Анна держали его движения под контролем, Асвер откинул барабан и принялся вытряхивать стреляную гильзу. Неизвестно еще, сколько придется провести времени в Нашаре, а гильзы, как показала практика, свободным вечером можно и переснарядить…
Барабан вернулся на место, когда Урма предложила двигаться дальше.
— Транспортом бы каким разжиться, — внес предложение пепельный дракончик, — Как говорят земляне, «лучше плохо ехать, чем хорошо идти». Да и есть опасение, что можно случайно и не дойти, нарвавшись на заслон, а на хорошем транспорте его можно и перемахнуть.
— Нет уж, на своих двоих… Четырёх всё-таки безопаснее, — заметила Эрна. — Медленно и осторожно идём, держа людей под охраной со всех сторон. И следите за этим философом…
Она оценивающе взглянула на Кирлилейсона.
— Не ходи за нами, иначе трупов станет больше. А тут и так пейзаж не ахти, не стоит его портить дальше.
— Трупов будет столько же, изменится только их распределение во времени, — чудной пернатый вытянул шею вверх, распахнул крылья и взвился над улицами искорёженного и надтреснутого города.
— Я буду надеяться, что мост ещё не обрушен… — женщина повела за руки молчаливых от постоянного испуга детей чуть в сторону от Собора, туда, где раньше находилась ближайшая переправа через реку. Сейчас, когда город парил на цепях, приковывавших его к адской почве, там был просто разлом, обрывавшийся над водами буйной реки и бесконечной битвой демонов с навами-вторженцами.
— Вот есть у меня ощущение, — пепельный дракончик проводил крылатую нечисть очень недобрым взглядом, — что подтянет он к нам своих товарищей. Ну и демоны с ним, будем решать проблемы по мере их поступления.
Аккуратно спустив курок, Асвер пристроил карабин под крыло. Стрелять сейчас было не в кого — крылатый мутант уже улетел за дистанцию уверенного поражения, а больше противников и не наблюдалось.
Неспешным шагом, внимательно вглядываясь в зияющие провалы выбитых окон и дверей, компания шла в сторону собора. Женщина с детьми в центре, остальные прикрывали ее со всех сторон. Квартал, другой, третий… никого — ни местных мутантов, ни мирных жителей. Только смрадный ветер трепал какие-то тряпки на редких растянутых шнурах — не то флаги, не то банальное белье, повешенное кем-то сушиться. Они суетились на горячем ветру без дела и беспризорные.