- Ах, -хмыкнул Хёрт. – Все это мелочи. Нам нужен выход на новый виток сознания. А это можно сделать лишь легализовав мою научную деятельность!
- Вашу «научную деятельность»? – усмехнулся Ферзь.- И как вы себе это представляете? То, чем вы хотите заниматься - это пытки человеческого сознания. Вы хотите смешивать сознание человека с другими видами сущностей. Эксперименты с днк человека запрещены с начала новой эры. И потом, сознание человека заслужило уважительного к себе отношения, вы не согласны?
- Если мы будем всех уважать, наука не будет двигаться вперед!- резко ответил Хёрт.
- А что бы вы сказали, если бы очнулись однажды, и увидели, что вы-стол? – С интересом спросил Ферзь.
- Я предпочел бы прожить жизнь стола , чем жизнь человека, который не может достигнуть своей цели. – Хёрт резко встал и прошелся по комнате. – Я не требую такого разрешения на Земле, мне было бы достаточно иммунитета на дозор планеты, которую я создам после отхода от дел.
- Я не разделяю вашего мнения о научной деятельности,- сказал Гоголь Хёрту. - Однако, наши интересы имеют много общего. В то же время надо понимать, что нельзя действовать в открытую. Если вопрос и удастся вынести на голосование, то он будет отклонен – все последуют голосу Ивана, никто не будет голосовать за ухудшение условий жизни на земле. Нужно придумать, как можно надавить на Царевича. Он центральная фигура совета, именно от его решения зависит, как проголосует совет. У вас есть идеи?
- Идеи есть. – Сказал Хёрт.- Нужно найти исполнителя. А что нам известно о семье Ивана?
- А ничего. – Ферзь нервно стукнул костяшками пальцев по дереву кресла. - Информация имеет высший уровень секретности. София, имевшая исключительную мощность, заблокировала доступ к информации о своей семье. Мы даже точно не знаем, является ли Иван ее сыном. Может быть, Софья - это и есть София. По легенде тело Софии исчезло на третий день после принесения ею себя в жертву. Правда это или нет- неизвестно. Все Старейшины, бывшие при событиях исчезли, их имена заблокированы. Может, София воскресла и путешествует во времени или Вселенных, а может, следит за нами через своего биоробота - эту девушку в очках. Во всяком случае, к Ивану не подступиться.
- А вы проверили эту девушку,- спросил Хёрт.- Может быть, София-это она?
- Исключено,- сказал Ферзь. – Я сканировал ее мысли, они не заблокированы, но представляют собой набор цифр, как и положено быть мыслям робота.
- У меня появилась идея как узнать, жива ли София.- Сказал Хёрт.- Я думаю, что любой человек сделает все, чтобы быть со своими родными, если с ними случилось что-то серьезное. Особенно, если это дети.
- А что можно сделать с детьми?- Удивился Гоголь.- Вы же понимаете, что события не могут сложится негативно, если дети не поглотят достаточно много негативной энергии.
- Значит, надо сделать так, чтобы поглотили.- Сухо сказал Хёрт.- Сейчас это организовать невозможно-это будет слишком заметно. Но у меня есть идея...
- Можно узнать, как вы будете действовать? – Спросил Гоголь.
- Не как, а через кого, усмехнулся Хрен и пригласил Гоголя подойти к витрине. Он отодвинул штору и посмотрел через стекло палаты в зал, где сидели гости. Его взгляд сосредоточился на Коте, который хвастался своими достижениями и уплетал рыбу за обе щеки ...
* * *
Тем временем принесли десерт. Это был сюрприз - гости заказывали только первые и основные блюда. Десерты приготовлялись по последнему крику моды - «решетчатой кухни». Это были кубики три на три сантиметра, состоящие внутри из множества тонких решеток диаметром один миллиметр , в которые был вкраплен крем. Попадая в рот, твердые решетки таяли и соединялись с кремом. Обычно для решеток использовали какой-нибудь ненасыщенный вкусом материал типа орехов или риса, а для крема наоборот, нечто, заполняющее основу вкусом так, чтобы ансамбль имел приятный контраст.