Склоны Джо, заваленные пеплом, быстро размывались безостановочно хлещущим дождем. За несколько дней образовались барранкосы — глубокие овраги, по которым неслись бурные ручьи. Лава практически отсутствовала, кое-как булькало только внутри двухкилометрового кратера — в той самой кальдере, образованной взрывом в начале извержения. Там было жарко, пар стоял столбом. Наши скафандры, не рассчитанные на слишком высокую температуру, не позволяли долго находиться вблизи жерла, но мы успели-таки отобрать немало проб прежде, чем вердикт Совета Безопасности вновь закрыл территорию, надолго вернув нас в камералку.
Прошли недели прежде, чем мы смогли вернуться к полевым работам. И за эти недели многое изменилось в моей личной жизни. Не скажу, что неожиданно, но как-то все же вдруг, внезапно.
— Вы уже знаете об извержениях на Ромийской гряде и в море Ниппур? На восточном побережье цунами, зрелище, скажу вам, впечатляющее. Видео позже. Станциям и заводам волны не угрожают, но если цунами застанет вас в поле и, по воле Юпитера, без радиосвязи, учтите: вылавливать потом будет трудно, так что постарайтесь не вляпаться и соблюдайте осторожность. Слушайте предупреждения, смотрите по сторонам. Чуть что — в машину, набор высоты и домой. Пол, полагаюсь, в основном, на вас, вы уже продемонстрировали умение оперативно мыслить, в критической ситуации берите руководство на себя. Вулканическая активность возрастает, в области Мариуса обнаружили несколько новых магматических очагов с высокой вероятностью прорыва, на шельфе тоже неспокойно. Ходят слухи о возможной эвакуации седьмой и тринадцатой станций.
Марков отхлебнул кофе и чуть поморщился. У него кончился коньяк, а новый «груз Х» с Земли ожидался только через пару недель. Кофе без коньяка не каждый вынесет, понимать же надо, принципиальный вопрос.
«Продемонстрировал умение», — это он, конечно, про завод, откуда я драпал как заяц, только пятки сверкали. Но Мэгги и вправду слишком увлекается, может и от обычного наводнения не успеть уйти, не то, что от цунами. Представил себе: «Да-да, Пол, еще минутку»… Нет, старушка, никаких «минуток» не будет, когда за руль сядет Пол Джефферсон. Всех закину в машину и увезу. Если что, Ван мне поможет, он мужик надежный, хоть и не очень быстрый.
Мэгги и Ван следили глазами за подвижной стереокартой Ганимеда, на которую указывал Игорь, а я следил за пальцами Жанны, немым языком шепчущими мне: «Скорей бы это занудство кончилось, милый, напрыгну на тебя и разорву». Да, в моей личной жизни произошли серьезные изменения, и эти тонкие пальчики сводили меня с ума. Лицо доктора Бови при этом выражало почтительное внимание. Рыжая головка чуть кивала в такт речи профессора. Я покраснел, прочитав очередную фразу ее рук, и закашлялся, заметив, что Марков обращается ко мне. Смысл вопроса от меня ускользнул.
— Эээ… Надеюсь, нас не эвакуируют… — попробовал выкрутиться я.
— Пока таких планов нет, — качнул головой Марков, — но это ведь не повлияет на вашу работу над диссертацией, не так ли?
«Ага, он спрашивал про диссер», — мысленно выдохнул я, а вслух ответил:
— Не помешает. Основной материал уже собран, обработан и сохранен. Черновой вариант будет месяца через три. Доктор Боровски сказала, вы не будете возражать, если я отправлюсь с ней на Землю.
Начальник станции крякнул. Похоже, доктор Боровски опять забыла кого-то поставить в известность о своих планах.
Я ощутил, что меня жгут глазами. Это Жанна. Как-то не нашелся ей сообщить. Все то да се. Теперь точно разорвет, только не в том смысле, в каком обещала. Будут слезы и заламывание рук. Ну, что поделать. Ким ее утешит. Или Дик. Или еще кто-нибудь. А на Ганимеде мне больше делать нечего, надо писать и защищать диссер, и лучше всего этим заняться на Земле, тем более что там будет Мэгги. Срок стажировки еще не истек, но Марков, добрейшая душа и стальные связи, добьется, чтобы меня перевели вместе с научным руководителем. Закончу там и попробую пристроиться в какое-нибудь интересное место. Молодому и перспективному ученому из потомственной семьи вулканологов прямая дорога на Олимп, то есть на Марс. Хотя последнее время меня все больше интересует палеонтология.
— Да как вам сказать, Пол… — Марков после долгой паузы аккуратно поставил кофейную чашку на блюдце. — Вы хороший человек и талантливый ученый, призванный вулканолог. Научный руководитель отзывается о вас с самой лучшей стороны. Мне очень жаль отпускать вас. Но, как говорят русские, рыба ищет, где глубже, а человек — где лучше. Уверен, вы принесете больше пользы науке и себе лично, если продолжите работу с доктором Боровски. Завершайте исследования здесь, передавайте дела доктору Вану и возвращайтесь на Землю, не буду вам препятствовать.