Не проходит и пары минут после моего стука в дверь, как он открывает. Как я и думала, он смотрит на меня сонными глазами, но не спрашивает ни о чем, просто отступает в сторону, пропуская внутрь. Я прохожу в его комнату, точь-в-точь как у меня, за исключением настольного светильника на тумбочке и усаживаюсь прямо на пол, облокотившись на кровать и подтянув к себе колени. Он садится рядом. Желтоватый свет лампы падает на его лицо очерчивая крупный нос и мужественный подбородок. Странно, но я не застала его врасплох. Мне кажется, что даже если бы сейчас случилось что-то из ряда вон выходящее, ну например, пожар или землетрясение, то Марк все равно сохранял бы спокойствие. За этим самым спокойствием, я чувствую огромную внутреннюю силу, которая удивляет и восхищает меня.
– С тобой как дома. – говорю я и укладываю голову ему на плечо. Я чувствую, как он прижимает свою голову к моей, закрываю глаза и мгновенно проваливаюсь в сон.
Глава 10
Я просыпаюсь лежа калачиком на кровати Марка. Как я вообще на ней оказалась? Помню только, что уснула на полу, а когда перебралась на кровать – нет. Подползаю к краю и смотрю как, завернувшись в одеяло словно в спальный мешок, Марк спит внизу. Да уж, хороша гостья: вломилась посреди ночи, да еще и единственное спальное место себе оттяпала.
– Прости, мне так неловко, что создала тебе неудобства, – виновато говорю я, когда Марк начинает просыпаться.
– Не думаю, что это так, – не открывая глаз произносит он.
– Что именно? – спрашиваю я.
– Что тебе неловко, – шутливо отвечает Марк и прыскает от смеха.
Я бросаю в него подушкой и тоже от души смеюсь. Мы будто сто лет друг друга знаем. Когда веселье прекращается, я вдруг спрашиваю:
– Ты думаешь о том, какой была бы наша жизнь, если бы всего этого не случилось?
– Нет, – коротко отвечает Марк.
– Почему? – удивляюсь я.
– Потому что если часто думать об этом, то может показаться, что где-то параллельно существует другая, счастливая, жизнь, где не было катастрофы, где рядом любимые, а впереди будущее, о котором мечтал с детства. Тогда возникает желание подождать пока невидимая стена обрушится, и ты сможешь, наконец, зажить так, как должен был, но это лишь ловушка разума. Невозможно изменить то, что уже произошло. Ты потратишь годы в ожидании, а когда очнешься от иллюзий, то увидишь, что даже эта, не совсем удачная версия реальной жизни прошла и у тебя больше нет времени. Не буду лукавить, мне не очень нравится, как сложилась моя судьба, но, если я принимаю ее такую, какую есть, значит в моих силах изменить все к лучшему насколько это возможно.
«Безусловно он прав. Несмотря на устоявшиеся правила в сфере Схит, все же у меня есть шанс, что-то изменить, ведь как не крути это моя жизнь, верно? Нужно лишь запастись терпением. Звучит довольно просто, но на деле…» – размышляю я, стоя перед зеркалом с новой зубной щеткой, которая еще минуту назад принадлежала Марку. Она была запасной, и он заботливо отдал ее мне. Как только с гигиеной было покончено, ГИП просигналила время завтрака, а значит есть всего 15 минут, чтобы получить свою еду в столовой.
Мы выходим из комнаты вместе. Кто-нибудь обязательно это заметит и возможно распустит слухи о том, что у нас роман. Плевать. Пусть говорят, что хотят, нехорошо лишать людей одного из немногих доступных развлечений в Новом мире.
После завтрака, мы наконец, расходимся: Марк сразу же направляется к выходу из города, а я плетусь в отдел, выполнять скучную работу, от которой похоже буду периодически впадать в уныние. А как многообещающе выглядели результаты прохождения созданных реальностей и знакомство со сферой Схит. Я-то думала, что уже буду изучать внешний мир, а в итоге меня отправили на скамейку запасных. Теперь ясно, почему Сандр предупреждал не радоваться раньше времени. Мог бы и сказать, что к чему. Почему умолчал? Ах да, он же любит больше слушать, чем говорить. Я фыркаю вслух и вхожу в кабинет.
Как только Таня перезагружает табулу, после вечерней загрузки новых маршрутов, она просит меня расставить маяки, а сама спускается в тренировочный зал для проверки оборудования. К обеду она возвращается.
– Ты все сделала? – спрашивает девушка.
– Уже давно, – хмуро отвечаю я. – И этим я буду заниматься в ближайшие лет эдак дцать? Еще рвалась сюда.