– Не слышала, – откровенно вру я. – слишком увлеклась.
Придерживаясь одной рукой за плечо куратора, отталкиваюсь и ловко спрыгиваю на пол. Но он так и не отпускает мою талию, а лишь сильнее прижимает к себе. С одной стороны это выглядит так, словно Сандр забыл, что меня больше не нужно держать, а с другой, чувствую, как крепко обнимает его правая рука, а потому сомневаюсь, что это случайность. Рядом с ним, я становлюсь слабее, чем есть, но пока не знаю нравится ли мне это. Одно могу сказать точно, что в этот момент дух захватывает сильнее, чем от падения даже с высокой трассы.
За плечами Сандра мелькает размытый силуэт. Мы не одни. Концентрирую взгляд и вижу, что у входа стоит Джон Хад. Он как обычно гладко выбрит, свеж и бодр, словно ему не пятьдесят восемь, а, скажем, сорок пять. Он смотрит на меня странно, будто не на человека, а на предмет мебели и даже не здоровается. Я отвечаю взаимностью и также стараюсь игнорировать его присутствие. Некоторое время куратор разговаривает с Джоном в соседней комнате тренировочного зала, а когда возвращается, я сразу же чувствую перемену. За непроницаемой маской Сандра трудно понять, что именно не так, но он ведет себя еще более сдержанно, чем обычно, а от его холодности могла бы застыть вода в кулере.
Он не смотрит на меня и показывает, как снять страховку будто стене. Затем кладет обе системы на место, а после кидает бесцветное «до завтра» и уходит так быстро, что я не успеваю его расспросить о том, что находится в третьей комнате тренировочного зала.
Две недели тренировки проходят по одной и той же схеме: разминка, отработка узла, изучение трассы и подъем. Я учусь контролировать приступы адреналина и не терять самообладания. В основном получается. Мне кажется, будто я занимаюсь скалолазанием давным-давно, да и каждый сантиметр трассы уже знаю вдоль и поперек. Вот только про третью комнату ничего. Каждый день перед уходом, я хочу спросить о ней, но куратор покидает зал после тренировки слишком быстро.
– Почему дальний отдел зала всегда закрыт? – спрашиваю я как-то Марка.
– Потому что это комната виртуальных проекций и попасть туда можно только схиту во время тренировки, – отвечает он.
– Но я ведь тоже схит и каждый день тренируюсь на скалодроме, а там не была.
– Да, конечно, каждый день тренируешься с Сандром, – хмыкает Марк и отворачивается, уставившись в глубь ожившего в вечернее время Эрановума. – Не понимаю, зачем тебе это нужно?
– Я ведь говорила уже много раз – хочу выбраться из города, – отвечаю я.
– Из города никому не выбраться! За стеной больше нет того мира, в котором мы родились! Понимаешь? Нет!
Он со злостью швыряет последние слова и разворачивается так резко, что я даже не успеваю ничего ответить. Так и застыла с полуоткрытым ртом, прикованная взглядом к толпе Эрановумцев, среди которых силуэт Марка растворяется почти мгновенно. Впервые вижу его таким. Я заметила, что в последнее время его что-то гложет внутри, но он не говорит об этом, а я не уверена, что обладаю правом лезть к нему в душу, даже не смотря на собственную тревогу и нашу дружбу. Взаимное молчание больно бьет током.
Спустя месяц я без зазрения совести могу сказать, что отлично освоилась на скалодроме, видимо сказывается спортивное прошлое. Я научилась быстро справляться со страховкой, крепко завязывать узлы, а еще контролировать прилив адреналина на трассе, чтобы снова не поддаться ему и не потерять равновесие. Спокойствие в скалолазании играет большую роль. Теперь-то я уж точно могу посоревноваться с парнями. Гордая своими достижениями хожу все еще пока на работу в отдел, но верю, что тот день, когда смогу выйти во Внешний мир не за горами. Когда я рассказываю Тане о том, чему научилась, она искренне радуется за меня. Возможно даже больше, чем Лисса и Ник. Что касается Марка, так он даже разговаривать стал со мной сухо и нехотя. Это очень сильно задевает.
– Да что с ним такое? – спрашиваю я Лиссу о Марке.
Девушка сидит, скрестив ноги на маленьком холмике возле душистых магнолий, что растут на Острове и медленно вдыхает их аромат. Она всегда так делает, когда мы приходим сюда. Говорит, что подобная аромотерапия ее способ расслабления и подзарядки. Услышав мой вопрос, она открывает глаза и смотрит в сторону Марка, а затем брови девушки удивленно взлетают вверх. Лисса тут же от души заливается смехом. Я растерянно смотрю на подругу и жду, когда она перестанет хохотать. Наконец, успокоившись, Лисса шутливо толкает меня локтем в бок и улыбаясь говорит:
– О, милая, ты дальше носа своего не видишь. Ты так поглощена этой странной целью выбраться за границу города, что не замечаешь очевидных вещей. Марк ревнует тебя к Сандру, неужели не ясно?