Гиганты гвардейцы сделали по шагу, готовые закрыть повелителя кирасами от опасности.
– Тысячу извинений, ваше Величество, но вы сами объявили бой до смерти одного из противников. Как мы видим, пока что оба дуэлянта живы.
При этих словах Али-Шери попыталась дотянуться до стилета, валявшегося в пыли, но силы оставили ее. Эразм счел за благо подхватить оружие с земли и сейчас стискивал в потной ладони испачканную рукоятку.
– Иначе..., – генерал перевел дыхание,– Иначе претензии будут признаны необоснованными. Кодекс не приемлет разночтений.
Палифет сжал кулаки, испепеляя офицера взглядом.
Тихий голос внутри проронил: «Вот в чем подвох. Эрик, тебе придется выбирать. Либо ты сейчас ударишь девчонку железякой в сердце. И останешься Эразмом Эринийским. Либо отпустишь на все четыре стороны. И окажешься нищим, которому без надобности имя и титул. Решай!»
Гул толпы стих. Десятки глаз выжидающе смотрели на арену. Ученик звездочета взвешивал в ладони клинок, минутой раньше едва не прервавший нить его жизни.
«Перехватить бы за острие. Послать сталь так, чтобы вращаясь мельничными лопастями, резала воздух. И нашла горло дважды изменника! Но нет, нельзя!»
Джи-у-Кер встал слева, но не спешил прийти на помощь. Наставник сейчас слился с замершей в предвкушении развязки людской массой. И Эразм, пожалуй, впервые почувствовал себя по-настоящему взрослым. Вот она, реальная ответственность за собственное будущее. Когда ощущаешь себя творцом судьбы. Словно скульптор, в тиши уединенной мастерской определяющий, что выйдет из-под его резца. Грозное божество, ступень пьедестала или никчемная безделушка. Только в руке юноша сжимал не резец. И его кусок мрамора взирал сейчас на него снизу широко распахнутыми карими глазами.
Эразм окинул взглядом толпу и занес клинок над головой. Девушка сжалась в комок в ожидании неизбежного. В этот миг она совсем не напоминала гюрзу, стремительную и смертоносную. Просто вчерашний ребенок, валяющийся в пыли.
– Нет, не могу, – стилет отлетел далеко в сторону.
Ма-Листер торжествующе улыбнулся.
«Ну что ж, и то дело! – первым опомнился демон, – Ты фокусы показывать умеешь?»
«Что?» – растерялся дуэлянт.
«На руках ходить, на канате плясать? По раскаленным углям шастать, байки похабные травить на потеху публике? – не унимался выходец из ада. – Как-то же на хлеб зарабатывать придется!»
– Я… Я признаю поражение, – едва слышно выдавила из себя Али-Шери. Но и генерал, и император прекрасно расслышали слова девушки.
– Не могли бы вы повторить сказанное? – Палифет разом откликнулся на реплику, в то время как шея офицера напряглась, а щеки принялись багроветь.
Девушка, опершись на руку одного из телохранителей, поднялась на ноги.
– Я признаю поражение в поединке с Эразмом Эринийским! – во всеуслышание выкрикнула побежденная.
– Изгоняю! Прочь! Пошла вон, безродная шавка! – тут же перекрыл ее голос рев взбешенного генерала.
Палифет лишь повел головой в сторону Ма-Листера, и два живых утеса надвинулись на неистово изрыгающего проклятия офицера.
– Как первое лицо государства свидетельствую, что кодекс соблюден, – не повышая голоса, заключил Император.
Джи-у-Кер и его воспитанник одновременно склонили головы.
– «В случае, когда победитель щадит признавшего поражение противника, схватка считается завершенной!» – процитировал монарх уложение о дуэлях. – А произошел акт милосердия ранее или позднее признания поражения – несущественно. Генерал Ма-Листер, воля Императора свершилась! Вы получите компенсацию из казны. Достойную ваших трудов награду за неоценимые услуги правящему дому. Эразм Эринийский, вы остаетесь полноправным господином над своими владениями!
– Благодарю Вас, Ваше Высочество! – юноша припал на одно колено.
– Полноте, мой дорогой верноподданный! Благодарите за то свою храбрость! И не забывайте, что монарх рассчитывает, что в час, когда ему понадобится ваше плечо, оно окажется таким же крепким, как и ныне!
– Вы можете не сомневаться в моей искренней преданности!
Палифет, опираясь на плечо телохранителя, покинул паланкин и, подойдя к победителю, нашел взглядом главного интригана Империи:
– Господин Архей, я знаю, что вы любезно исполнили просьбу наших гостей с побережья. Не будете ли вы и далее столь же предупредительны, и не проследите ли, чтобы формальная часть оглашенных мной решений была исполнена столь же точно и безупречно?
Эразм лишь едва заметно усмехнулся, когда всесильный еще утром Канцлер умчался исполнять поручение Палифета со скоростью мальчишки полового в трактире.
–И еще одно, – добавил Император, перегибаясь через край паланкина. – На вашем месте я бы предложил покровительство сопернице!