— Что?!
— … Так вот, — продолжала Гарла, не обращая внимания на Кристелин. Как видно, ей, под воздействием выпитого, необходимо было высказаться. Тут уж ничего не поделаешь: каждому из нас иногда хочется выплеснуть все то, что за долгие годы скопилось в его сердце — Так вот, все эти кипы долговых обязательств я и предъявила графу с условием — или плати, или женись. Хоть красавчик и брыкался спервоначалу, а все одно деться ему было некуда. Так и женился на мне, голубок. И не думаю, что позже он пожалел об этом. Мы с ним подходим друг другу куда больше, чем это может показаться на первый взгляд. Правда, выгодным приобретением графа назвать нельзя, но и отказаться от него я тоже не могу. Да, он вечно мне изменяет, да, мечтает меня бросить, но, тем не менее, он — мой. Мой, а не чей-то другой, и я его никому не отдам!
— Зачем ты мне все это рассказываешь?
— Затем, чтоб ты поняла одно: все, что могла, вложила в свой брак, и отступать не намерена. Я на многое пошла, чтоб заполучить Эдварда, и никому его не отдам! Никому! Оттого и на его загулы смотрю сквозь пальцы — графа уже не переделать, а так все его шалости проходят под моим контролем. Правда, время от времени красавчик пытается избавиться от меня, и найти себе кого поприличней — это слово Гарла произнесла с издевкой. — Он то и дело поглядывает на кого-то вроде тебя. Правда, ни одна из его попыток уйти от меня ни к чему толковому пока что не привела. Что касается твоего парня… Он никогда не станет носит титул графа Д'Диаманте.
— Что тебе надо?
— Твой мальчишка мне мешает. И ты тоже. Пока что я даю возможность хотя бы тебе уйти благополучно. Иначе пеняй на себя. А бросаться понапрасну словами я не привыкла.
— Мне страшно слушать тебя…
— Правильно. Меня надо бояться, только вот до тебя это медленно доходит. В этом доме твой парень — лишний. Моему сыну соперники не нужны. Не для того я столько сил вбухала в свой брак, чтоб какой-то гаденыш с голубой кровью отобрал у меня то, чего я добивалась долгие годы. Он перешел дорогу моему сыну, и то, что этот ублюдок сдохнет в самое ближайшее время — это я тебе обещаю… — и тут Гарла остановилась, схватившись за щеку. Это молодая мать, не помня себя, отпустила ей пощечину.
— Вон! — Кристелин не помнила себя от гнева. — Вон отсюда!
Гарла в растерянности смотрела на Кристелин. Она никак не ожидала от этой спокойной и выдержанной северянки, которая была чуть ли не втрое моложе ее, подобного взрыва чувств. Но в следующий миг на смену растерянности пришла дикая злоба. Значит, так? Ну, она ей покажет! Эта девка сама выбрала свою судьбу!
— Вон! — повторила Кристелин. — И как Небеса могли одарить тебя сыном — не понимаю!
— Узнаешь! — прошипела Гарла, отнимая руку от лица. — Обещаю — об этом ты узнаешь, потаскуха. Только перед своей смертью. И запомни: ты и твой поганец — вы оба сдохнете в ближайшие дни!..
Захлопнув дверь за выскочившей в коридор Гарлой, Кристелин без сил опустилась на пол. Могли исполниться все ее худшие опасения. Гарла прямо сказала ей, что может ожидать их обоих в этом замке-тюрьме…
— Мама…
Сын стоял перед ней и испуганно смотрел на мать. Да, конечно, Дариан все слышал…
— Сынок, не бойся. У нас с тобой все будет хорошо… Дариан, мне надо ненадолго уйти, поговорить с твоим отцом, но этот разговор не для детских ушей. Закрой за мной дверь на засов и никому, кроме меня, не открывай. Договорились?
— Да…
Разговор с графом проходил сложно. Несмотря на глубокую ночь, граф не спал. Более того — появление Кристелин его никак не обрадовало — судя во всему, прекрасный граф как раз собирался куда-то уйти, а попытка отложить разговор ему не удалась. Именно оттого, что граф досадовал на задержку, а Кристелин уже была выведена из себя разговором с Гарлой, и разговор у них вышел тяжелым. На этот раз граф не излучал обаяние, а был резок, если не сказать — груб.
— …Да, я считаю, что моя жена права — в любом случае моим наследником станет Кастан. Хочешь знать правду? Я полностью разорен, и все, что здесь есть — это все принадлежит моей жене. Так что я вынужден подчиняться Гарле, и считаю ее решение верным. А твой сын…