Так, долго торг не затянулся, все же хозяин и солдаты сумели договориться меж собой, и несколько дополнительных монет, которые вытряхнули наемники в жадно протянутую ладонь, решили дело. Надо же, хозяин каравана больше не опасается, что с него спросят за чужое добро, если с невольниками что худое приключиться. Понятно: каменоломни совсем близко, остался один дневной переход, можно и понадеяться на то, что с рабами ничего страшного не произойдет… По крайней мере, даже если кого из них солдаты чуть покалечат, то это можно будет списать на долгую и трудную дорогу, а невольники все одно ничего не скажут… Ничего, дорогой хозяин, придется развеять твои надежды и еще раз пояснить, что жадность до добра не доводит.
Как оказалось, не только мы, но и те из невольников, кто не забылся тяжелым сном после тяжелого перехода, все они наблюдали за солдатами, и за тем, как хозяин каравана совал в свой карман монеты… Хапуга! Понятно, что солдаты сейчас рабынь к себе погонят, а заодно и мужчин не забудут прихватить, причем отберут из тех, что помоложе, да попривлекательней…
Ага, вот солдаты, стоящие у каравана, что-то громко закричали в сторону своего лагеря, и оттуда донесся довольный рев множества глоток. Меня невольно передернуло — столько животного было в том непристойном крике.
Впрочем, тошно стало не только мне. Женщины испугано зашептались, да и у кое-кого из сидящих на земле молодых мужчин по телу пробежала дрожь отвращения. Некоторые чуть ли не сжались в комок, безуспешно пытаясь стать как можно менее заметными. Многие молитвы зашептали… Как видно, в этом караване подобное уже случалось, сдавали людей внаем, на временную потеху и увеселение. Мало невольникам своих бед, так еще и такое унижение вдобавок! Молитвы к богам о заступничестве — дело, не спорю, хорошее, только вот сейчас нужно что-то иное, куда более простое и действенное. Пусть эти люди ничего не могут поделать, и вынуждены подчиняться обстоятельствам, только вот ни у меня, ни у моих спутников нет ни малейшего желания служить игрушкой для толпы пьяных солдат.
Ну, хозяин каравана, я вновь и вновь убеждаюсь в мысли, что стоит обломать ваш побочный заработок. Только вот мне надо быть поосторожнее, все же в том отряде наемников имеется колдун. Конечно, я и раньше слышала о том, что армейские колдуны обычно не считаются сильными или очень умелыми, но и недоучек в армии Нерга тоже не держали. Никогда не стоит недооценивать противника.
Итак, посмотрим на тех, кто заявился отбирать рабов. Чуть больше десятка мужиков самого разбойничьего вида. Все они уже успели хорошо выпить, все уверены в себе, в своем праве — зря, что ли, за этих никчемных людишек были уплачены такие деньги?! Среди этих рабов еще надо покопаться, отобрать из этой толпы тех, кто получше, помоложе и покрасивей, да тех, у кого формы попривлекательней — вряд ли для работ на каменоломнях отбирают писаных красавцев…
Пока подошедшие наемники окидывали лежащих рабов хозяйским взглядом, я продолжала изучать солдат, что подошли к каравану. Среди них мне надо выбрать одного, причем желательно из тех, у кого мозгов в башке поменьше, а кулаки побольше… Ага, вот и подходящий тип! Мужик со скошенным подбородком и набором метательных ножей за широким поясом. Мало того, что по жизни он забияка и хам, так сейчас еще и выпил больше всех, хотя до полной невменяемости ему пока очень и очень далеко. Этот мужик из тех, кто, так сказать, приняв на грудь, вначале становится задиристым, а потом звереет и лезет в драку. Очень хорошо, попробуем так…
Солдат, шедший позади мужика со скошенным подбородком, внезапно споткнулся и, едва не потеряв равновесие, неловко шагнул вперед, случайно толкнув в спину идущего впереди здоровяка и чуть не сбив того с ног. В другое время мужик со скошенным подбородком, думается, не обратил бы особого внимания на подобное — бывает! ну, может, ругнулся бы разок, или же сам оттолкнул случайно налетевшего на него человека. Но сейчас, разгоряченный выпитым и будучи в боевом настроении (да еще, признаю, не без моей помощи), он развернулся и без разговоров так ударил в лицо упавшего на него человека, что тот просто-таки отлетел в сторону. Товарищи упавшего (тоже, каюсь, не без моей подсказки) накинулись на обидчика, и оказалось, что сторонники мужика со скошенным подбородком тоже не прочь почесать свои кулаки (винюсь, и этих к ярости и желанию поквитаться с противниками подтолкнула тоже я). Драка разгоралась на глазах, просто как огонь в сухой траве, и на помощь солдатам, сцепившимся меж собой не на жизнь, а на смерть, со всех ног бежали их товарищи…