— Но как нам выйти из храма? Вы же сами только что сказали — нас вовсю ищут! До Западных ворот нам просто-напросто не дойти!
— Выйти… Это, кстати, совсем несложно. Не знаю, как вы сюда забрались, но раз сумели открыть один замок, то не думаю, что для вас составит такой большой труд открыть и другой. В той, в соседней кладовой, что расположена рядом с вами, находится склад самой разной одежды для служителей. Подберете себе что-либо из того, что там имеется, тем более, что храмовников обычно не останавливают для проверок…
Теперь понятно, — подумалось мне, — теперь понятно, отчего за то время, что мы сидим здесь, в соседнюю дверь заходили несколько раз. За одеждой. Все же одежда — это не мебель, и уж тем более в праздники, при большом скоплении народа ее можно без труда порвать или испачкать. Заменить одну одежду на другую несложно, особенно если имеется возможность взять запасную.
— К сожалению, — продолжала женщина, — к сожалению, мне совсем нечего дать вам с собой. Наличных денег на руках у меня нет, впрочем, их никогда не было — всем распоряжается мой муж, так что… Да, и вот еще, вам надо знать одну очень важную вещь: эти, из конклава… В общем, они намерены пустить по вашему следу кое-кого из своих созданий, из тех, что выращивают в цитадели, так что вам надо быть очень осторожными… И уходите отсюда поскорей. Вот еще: чтоб выйти из города, вам нужно будет сказать пароль. На сегодня это слово — «заклание». А…
В этот момент в дверь постучали. Все тот же ворчливый голос почтительно произнес:
— Госпожа, карета вернулась.
— Иду! — громко сказала женщина. Она с трудом поднялась на ноги. — Вы сняли тяжесть с моей души. Извините, что я вами так разоткровенничалась… Просто хочется хотя бы раз в жизни высказать все, что накопилось за многие годы!.. Сегодняшней ночью я уйду к сыну… Это так? — повернулась она ко мне.
— Да…
— Прекрасно. И вот что еще: моя мать верила в Светлые Небеса… Если вам каким-то чудом удастся уйти из Нерга, то поставьте свечи за помин души моего сына и меня…
— Обещаем.
— Спасибо… И прощайте.
Женщина пошла к выходу, но я-то видела, каких невероятных усилий ей стоит держаться на ногах. Тем не менее сейчас отсюда уходила не сломленная и раздавленная женщина, а сильная и уверенная в себе аристократка. Отчего-то мне подумалось: на пути у этой женщины лучше не стоять, и в другое время она нам вряд ли бы стала помогать.
Авита и ее муж… Можно не сомневаться: муж этой женщины тоже очень жесткий и сильный человек, иначе он бы не мог дойти до высот в конклаве — там мягким и уступчивым людям делать нечего. Два человека с сильной волей в одной семье уживаются плохо, и подобный брак держится лишь на том, что один из двоих сознательно смиряет свои порывы. Должно быть Авита долгие годы многое удерживала в свой душе, смирялась ради сына, но сейчас об этом и речи быть не может…
А немного позже, стоя неподалеку от окна, мы увидели, как карета двинулась с места…
— Что скажете? — повернулась к нам Марида.
— Она нас не обманула — в этом я уверена. Так что нам надо действовать, и прежде всего — как можно быстрее покинуть это место. Остальное будем решать потом, по ходу дела.
— А ведь я помню ее отца… — задумчиво сказала Марида. — Достойный был человек, только уж очень поддавался чужому влиянию. Ну, Нерг ломает многих… Так, надо раздобыть какую-нибудь одежду. Предлагаю пойти в ту кладовую всем вместе — все одно нам здесь больше делать нечего.
— Погодите… А как мы найдем те самые Западные ворота?
— Дорогу к ним я знаю — вздохнула Марида. — Покажу. Что именно и где находится в Сет'тане — это мне хорошо известно. Вот за его пределами…
— Простите, уважаемая атта, что перебиваю вас, — заговорил Кисс. — Но перед тем, как направиться сюда, я неплохо изучал карту окрестностей столицы колдунов, так что имею общее представление о том, куда ведут дороги из Западных ворот.
— Замечательно! — улыбнулась Марида. — Мне остается только радоваться тому, что Всеблагой послал мне вас…
— Тогда пошли в соседнюю кладовую — вмешалась я. — Поищем там что-либо из одежды, тем более что на лестнице сейчас, кажется, никого нет…
— Да-а… — и тут не Кисс не мог удержаться от ехидства. — Вот что значит женщины! При одном упоминании о кладовой с одеждой они готовы кинуться туда со всех ног! Дорогая, спешу вас разочаровать: одежда там, похоже, только мужская, причем исключительно для храмовников. Впрочем, радость моя, когда подобные мелочи вас останавливали?..