Вошли в храм. Народу там, конечно, хватает. Кто-то из молящих лежит на полу, другие стоят на коленях, а кто предпочитает молиться, стоя на ногах. И еще внутри все покрыто изображениями змей самого разного вида. Скульптур, изображающих змей, тоже хватало, причем они были изготовлены из самого разного материала — тут и глина, и дерево, и дорогой камень…
— А если я пойду с вами? — выпалил Оди, с надеждой смотря на Кисса. — Мне не хочется здесь оставаться…
Хм, у меня складывается такое впечатление, что за Кисса этот парень готов пойти и в огонь, и в воду. Я понимаю Оди: этот несчастный человек столько лет был одинок, и у него было лишь одно право — покорно выполнять приказы своих хозяев, которые относились к нему, как к грязному животному. И вдруг у этого всеми презираемого человека появляются те, кого можно назвать друзьями… Вернее, это не совсем так. Марида — это, скорее, заботливая бабушка, я больше подхожу на роль старшей сестры, но вот Кисс… Сильный, уверенный в себе человек с сильной волей и удивительным обаянием, немного насмешливый и умный — для многих мальчишек такой мужчина является примером для подражания, и Оди вовсе не был исключением из их числа. Будь его воля, то от Кисса наш парнишка не отходил бы ни на шаг, невольно перенимая черты его поведения и отношения к жизни. Возможно, Кастан, брат Кисса, был прав, когда предположил, что тот характером пошел не в отца, а в вою северную родню, в род сильных духом герцогов Белунг.
— Нет парень, это пока лишнее — покачал головой Кисс. — Если понадобится, то я вас позову. А до того времени, Оди, приглядывай за лошадьми и за уважаемой аттой — сам понимаешь, я на тебя надеюсь… Ну, все, ждите нас, а мы с Лиа — в лавку…
Вот это лавка, такой я еще не встречала! Да ее и лавкой назвать язык не поворачивается. Внутри — настоящие нарядные комнаты, стены заставлены товарами и завешаны самой разной одеждой, а если тебе надо что-то иное, то расторопные продавцы или принесут требуемое, или же проводят тебя в одну из задних комнат лавки, чтоб ты сам выбрал необходимое… И чего тут только нет на прилавках! Да и покупателей хватает, несмотря на высокие цены. Понимаю: в этих местах даже находиться приятно, а уж уйти отсюда без покупки просто грешно! Ну и торговля, как я успела заметить, шла очень бойко.
Я едва не сунулась разглядывать товары, когда Кисс довольно сильно дернул меня за руку — не отвлекайся, не за тем мы сюда пришли! Вместо этого он подошел к крепкому охраннику, стоявшему неподалеку от входа. Тот окинул нас цепким взглядом.
— Что интересует господ?
— Господам хотелось бы поговорить с хозяином.
— Хозяин очень занят — не сдвинулся с места охранник.
— Передайте ему, что мы пришли, чтоб передать ему привет от знакомого.
— У хозяина много знакомых, он может всех и не упомнить.
— Это ты, парень, хватанул! Человеку с плохой памятью в торговле делать нечего — и Кисс потер большой палец левой руки большим пальцем правой. Я заметила, что охранник после этого жеста чуть более внимательно посмотрел на нас. — Позови-ка ты хозяина, или нас к нему отведи. Плохо, когда приветы от друзей не доходят до того, кому они предназначены.
Через несколько минут мы сидели в небольшой комнатке позади лавки. Здесь тоже хватало ящиков, мешков и коробок, стоящих чуть ли не штабелями, однако у меня создалось впечатление, что все это добро специально выстроено таким образом, чтоб в случае нужды можно было бы легко обрушить штабель на неугодного гостя. Или на гостей…
Охранник, который привел нас сюда, уже убрался на свое рабочее место, а я сжала руку Кисса два раза — за дверями стояло двое крепышей-охранников. Сидевший за столом невысокий пухлый человечек, пальцы которого были испачканы чернилами, с неохотой оторвался от кипы лежащих перед ним бумаг и чуть устало посмотрел на нас.
— Итак? Мне сказали, что у вас ко мне есть какое-то дело? Если можно, то изложите его покороче, а то время, знаете ли, дорогой продукт…
— Ваш знакомый, по кличке Копыто, просил передать вам привет, и напоминает о долге в три золотых — почти что отрапортовал Кисс.